— Вижу, вы не скучали и сочиняли новую песню? Похвально. — Худощавый учёный похлопал в ладоши и подошел ближе, остановившись в метре от пленника, из тела которого торчали зеленоватые трубки. — Вы обдумали моё предложение?

Когда-то изящная медицинская форма висела на исхудавшем теле мешковатым балахоном, а руки заканчивались острыми, как бритва, ногтями. Дары Императора, или кем он там является? Учёные, стали грозой аномалии. Большинство существ обходило их стороной и лишь самые остервенелые пытались померяться силами, но сражаться с бессмертными сущностями — форменный идиотизм.

Александра Константиновича Архарова забавляли эти ежедневные встречи. Сколько уже прошло? Три? Пять лет? Каждый день происходил этот разговор. Незначительно менялись фразы, а по завершении беседы Александра били, выкачивали из него ману и кормили. Тысяча девятьсот шестьдесят три беседы. Стоило уже понять, что он не изменит своего мнения.

Александр улыбнулся и зачитал ещё одно четверостишье:

— Давай, расскажу тебе, чего я желаю,

Я бы с восторгом напился чаю,

Потом бы тебя кружкой чайною́,

Я отметелил до боли отчаянно.

— Слабовато. Бывали у вас стихи и получше. — Весельчак подошел ближе и поднял голову абсолюта за волосы. — Сдавайтесь, Александр Константинович. Вы отличный сосуд для нашего Императора Всеволода Юрьевича. Примите его дух, и вместе мы спасём Россию-матушку от рода Романовых. Вы упрямы, но рано или поздно ваш дух надломится, и тогда…

— И тогда я вас всех убью, — перебил его Александр. — Как только я освобожусь, вы все покойники. И мне плевать, кто за вами стоит, хоть Император, хоть…

— Ты глупец, — прорычал весельчак, на долю секунды выйдя из себя. — Ты мог бы обрести могущество и спасти не только свой захудалый род, но и всю Империю!

В этот момент Александр заметил, что по зрачку учёного пробежала волна, как будто внутри глазного яблока что-то двигалось. Подобное он видел уже пару раз, но так и не смог понять, что не так с этим яйцеголовым. Встряхнув головой, учёный отстранился, как будто сам был шокирован тем, что потерял контроль над собой.

— Подумайте над моим предложением, а через десять минут придёт Ермолай и пересчитает вам рёбра, — несколько растерянно сказал учёный и быстрым шагом направился на выход.

— Однажды отец придёт за мной… — прошептал Александр и повис на цепях, лишенный сил.

* * *

Перед тем, как мой мир заполнили боль и страдания, Ут зачитала список доминант.

'Образец содержит следующие доминанты:

«Острый нюх»,

«Мельхиоровые клыки»,

«Эхолокационный слух»,

«Плодовитость»,