Потом я положил её на спину и продолжил в классической позе. Потом на бок, и обнял, насколько получалось, лаская в ладони симпатичную небольшую грудку. Целовал её ушко… Так и закончили, и она, а после и я. Себя не сдерживал и не вытаскивал. Мы уже прошли через это, и я уже дал себе слово, нашего ребёнка рано или поздно найду. Ну, а захочет повторить — бога ради: и признаю, и воспитаю. Уж кто, но Тигрёнок в отличие от многих более старших девочек, головой думает.

А потом мы просто лежали, обнявшись. Безо всяких мыслей в голове. Долго лежали. Наконец, она спросила:

— Ничего не скажешь, что я пришла?

Я пожал плечами:

— Ты большая девочка. Раз пришла — значит так надо.

— Это измена твоей Бэль? — Коварная улыбка на лице. Всё же трахаться с мужем сестры это одно, это игра на грани фола, а вот «подрезать» парня принцессы правящего дома — вот тут истинный кайф.

— Нет, — честно ответил я, не юля. — Она, даже если узнает, ничего не скажет. Можешь не скрывать.

— Да я и не собиралась. — Теперь плечами пожала она. — Хуан, что дальше?

— Не знаю, — вновь честно ответил я. — Между нами или вообще?

— Вообще. Дети, перевороты… Война, вот, надвигается. Это всё не просто так! И просто так не закончится. Мне страшно.

— Высшие силы дали нам два десятилетия мира, — произнёс я то, что думаю. — Мы старались не расслабляться, держали армию, готовили резервистов… Промывали народу мозги… Но всё равно оказались не готовы, когда пришло время. Нас ждёт десятилетие потрясений, а то и не одно. Как молодые ангелочки проходят катарсис после первого убийства, перед настоящей службой, где будут разить всех пачками, так и у нас, Тигруль, вся страна, вся Венера должна пройти катарсис. Чтобы очиститься и стать сильнее. Время пришло, не мы выбираем эпоху.

Я тяжело вздохнул, повернулся набок, обнял её.

— Надо просто выдержать. И пройти через это. Все эти сыночки и дочки, прыгающие у Сената, вся эта олигархня, грызущаяся за иллюзию могущества… Это только до завтра. Завтра же, когда все осознают и примут, что к чему, всё изменится. От нас же с тобой зависит только скорость восприятия людьми реальности.

— Да уж, и ты всячески стараешься его ускорить. — усмехнулась она.

— Угу. — Прикрыл глаза. Всё же в Тигрёнке есть свой шарм. Не могу сказать, что люблю её. Вот от её сестры мне начисто сносит башню! Как и от Бельчонка. Как от Фрейи, Сильвии и тем более Мерседес. С нею же я просто чувствую покой и уют. И уверенность в завтрашнем дне. Волшебная такая девочка, магическая. И нет, не моя — всё моё существо противилось назвать её своей, в противовес остальным, при случке с которыми оно же вопиило: «Никому не отдам!» Нет, тут не моя территория. И пока у нас всё вот так тепло и уютно… Пусть сегодня будет сегодня.