Таксист подвёз нас к СОХ и высадил Валька, после чего повёз меня в промзону к Крапивину.

Когда я подошёл к арене, заметил как Ефим носился по ней и раздавал указания. Выглядел он нервным, как будто его жизнь висела на волоске.

— Ефим Сергеевич, — окликнул я его.

— Да что, мать вашу⁈ — рявкнул Крапивин, повернувшись в мою сторону. И раздражённо бросил: — А, это ты. Решил подраться?

— Я по другому вопросу, — пристально взглянул я на Ефима.

Понятно, что нет смысла просить его замолвить за меня словечко перед главарями банд, чтобы те пустили меня на аукцион. Ведь я всего лишь один из многих бойцов, дерущихся на арене. Фактически я никто. А значит, придётся зайти с другой стороны.

— К Краснореченским хочу вступить, — продолжил я. — Да вот не знаю как.

— Понятно. Почему-то вы все хотите прибиться к одной из банд. А жаль. Как по мне, так в качестве бойцов арены ваши жизни намного ценнее. А в банде вы пустое место, пока не поднимитесь на вершину. Впрочем, это ваш выбор, — пожал плечами Крапивин, задумчиво посмотрев на меня. — Сегодня придут рекрутёры из Железнодорожников и Краснореченских. Подерись на арене, и я замолвлю за тебя словечко.

— Договорились, — согласился я.

Следующие два часа выдались довольно занудными. Я наблюдал, как официанты накрывали столы для дорогих гостей и как рабочие расставляли деревянные лавки для более дешевых гостей.

Крапивин вечно был недоволен. То тем, как загнулся край скатерти, то тем, как громко дышал персонал. Переживает из-за того, что мы с Гобом его обокрали?

К третьему часу начали подтягиваться гости, и в зале поменялась атмосфера. Крапивин снова нацепил радушную маску. Он уверял пришедших в том, что предстоит очень кровавое зрелище и они не пожалеют о потраченных деньгах. В это же время из подсобки вывалили три десятка разукрашенных путан, начиная клеиться к гостям.

Когда зал заполнился, настало время исполнять свои обещания. Открывать бои пришлось мне. Я этому был только рад. Чем быстрее отстреляюсь, тем быстрее меня сведут с рекрутёром.

Я прошёл на арену и увидел заросшего мужика. Немытые волосы струились по лицу и свисали аж до самого пупка. Он смотрел на меня исподлобья, сжимая в руках короткий тесак и дубину.

— Дамы и господа! Открывает бой Владимир Яростный, занимающий пятнадцатое место в рейтинге, и давно известный вам Кантемир Костолом! — торжественно объявил Ефим. — Что ж, без лишнего трёпа — начинаем!

Костолом мгновенно набросил на себя покров маны и рванул в бой. Должен признать, контролировал ману он на очень хорошем уровне. До моего недотягивает, но очень близок к этому.