Шелестов же не сел следом за мной. Видно нашёл другой транспорт. Минут десять мы ехали через дворы, затем показалась окраина Хабы.

Я заметил в окне небольшой пустырь. Недалеко строилась многоэтажка. Но никого там не было.

Точно такой же автомобиль, черный и тонированный, остановился чуть дальше, из него вышел Шелестов, несколько телохранителей.

— Выходи! — бросил мне тонким голоском Гена и выскочил наружу.

Я даже обрадовался. Кажется, Шелестов решил на меня наехать. И понятно, что он припас для меня нечто особенное.

Тоже мне, криминальный авторитет нашёлся, ха! До него ему как до Китая раком. Хотя не, Китай близко. Значит как до Европы, во, точно.

Я вышел, остановился напротив графа. Осмотрелся, замечая группу людей в разноцветных одеяниях медленно направляющихся в нашу сторону со сторону большой стоянки.

— Я слушаю только скрип ваших зубов, уважаемый, — заметил я, решая разбавить паузу. — Но ни единого слова пока что не прозвучало. Что мы здесь делаем? Предлагаете полюбоваться видами на природу?.. Честно? Не вид, а гавно. Портит всё вон то строение, — махнул я в сторону высотки, — Бетоном всё засрали…

— Ты тварь бесчестная, Владимир! Просто тварь! Обманул меня, да⁈ — выпалил граф Шелестов. — Решил меня кинуть, значит!

— Следи за словами, граф, — предупредил я. — И вообще, чо ты покраснел и трясёшься? О чём речь?

— Только из меня дурака-то не делай! — взревел Шелестов. — Ты купил по дешёвке прибыльную шахту!

— Уро-од! — пропищал Гена, оказавшийся рядом. — Мочить его надо, отец! Он в башне меня чуть не прибил!

Вот тут я уже не выдержал. Обвинений от какого-то сыкуна я точно не потерплю.

— Заткни пасть, ублюдок мелкий, — тыкнул я в его сторону пальцем. — Лучше расскажи отцу, как ты братца сбросил в пропасть.

— Ты лжёшь, с-сука! — аж подскочил от возмущения этот псих. — Это всё неправда!

— Правда, — закивал я. — И ты это знаешь. К тому же у меня есть два свидетеля.

— Он врёт, отец! Нагло врёт! — взвизгнул Гена, так разошёлся, что чуть ли не пена изо рта летела. — Я пытался спасти Борю, а они не дали! Они его убили!

Интересно, он послушает сына, или меня? Ну, конечно же, своего дражайшего, любимого сыночка и послушает. Который ему лапшу пачками на уши вешает.

Лицо Шелестова помрачнело, он злобно оскалился. Затем повернулся к толпе магов.

Один, два, три… девять человек. Что ж, неплохо. Я даже рад, что это не просто какие-то там перекачанные утырки. Интересно будет их покрошить.

Я хотел предупредить шавок графа, что они рискуют жизнью. Но передумал. Они взрослые, всё понимают. Я не собираюсь никого щадить.