Оказывается, я лежал на земле. Рядом валялся Пожиратель, а за ним — абсолют с торчавшими из глазниц кинжалами.

В моём животе зияла страшная рана, края которой ещё не срослись между собой. Но крови не было, и боль была не резкой, скорее притупленной.

А вот щека, наоборот, продолжала гореть от боли. Хотя и там крови уже не было.

— Под-донок, — услышал я над головой шипенье Крапивина и хлопо́к. Успел подставить меч, от которого срикошетила пуля. Оружие чуть не выскочило из рук от сильнейшей отдачи. Но я держал рукоять крепко.

Всю энергию я потратил на рывок. Ускоряющие руны уже не смог осилить. Но мне хватит и покрова.

Крапива прижал пистолет к виску Кристины, быстрым движением взвёл курок револьвера. А затем завизжал от боли, падая на землю и хватаясь за обрубленную культю.

— С-сука, тварь, — хрипло выдавил он, скрежеща зубами. — С-сука-а-а!

— Приятно познакомиться, сука-тварь, — пригвоздил я Пожирателем его к земле, пробивая грудную клетку. — А меня зовут… Владимир… Яростный.

Затем я опёрся о клинок, и меня серьёзно повело в сторону. Ещё одна жемчужина от Гоба растаяла в руке, только поэтому я устоял. Ух, давно мне не было так херово. Но раньше ведь выкручивался, и сейчас выживу.

Кристина кинулась ко мне, рыдая под ухом. Она была в шоке. Боялась дотронуться. И, кажется, что больше переживала сейчас за меня, чем я сам. Да уж, судя по её реакции, видок у меня ещё тот.

Я вытер кровь с лица, дотронулся до почти сросшейся щеки. Стянул костной бронёй живот, чтобы поскорей стянулись края раны.

— Володька, мы их сделали! А ты — монстр! Просто охренительный монстр! Ты ж почти всех завалил! Семь абсолютов! Нет! Восемь! Твою же мать! — хватался за голову окровавленный Шишаков, не замечая торчавшего из ноги метательного ножа. Адреналин делал своё дело. Но вот он удивлённо взглянул на рану. Затем достал из кармана порошок и резким движением вырвал нож, громко зашипев, и обильно посыпал дыру в ноге.

— Ах, как же хор-р-рош-ш-шо-о, — протянул он, сгибаясь от боли, и в то же время улыбаясь во всё лицо.

— Ну что? — оскалился я, покачиваясь. — Похоже, теперь я сильнейший в высшей лиге Крапивина. Только никакой лиги больше нет. Да и сам хозяин того.

— Закинем в канализацию это дерьмо. Где ему и место, — процедила Крис, презрительно посматривая на тело Крапивы. — Пусть крысы полакомятся.

— Вон, недалеко люк! — выкрикнул один из бойцов Шишакова.

— Отличная идея, хы, — расплылся Шиша. — Крысы пожирают крысу.

У двух бойцов были многочисленные ожоги и порезы, но они уже обработали раны. И я почувствовал знакомый запах. Это ж мазилка Никифорыча! Видно старый успел продать и Шише свой чудо-продукт.