Последнюю фразу он воскликнул, уже вдогонку, когда я вышел из его дома. Ну да, как же, говорил он. Я больше поверю в то, что смерти желал.

— Ну и чаво, Степаныч заплатил? — покосился на меня Анисим, вскочивший с лавки, что находилась в тени яблоньки. — Или опять деньги зажилил?

— Он очень щедро расплатился, — улыбнулся я. — Всё отдал, что есть. Так благодарен, что аж из штанов выпрыгивает.

— Непохоже на него, — Анисим растерянно взглянул в сторону старосты. Тот стоял на крыльце, поглядывая в нашу сторону. — Ладно, погнали к столу. Надо отметить.

Посидели мы, конечно, на славу. Хоть стол и ломился от еды, после пары рюмок самогона я немного поплыл. Сказалась усталость после недавних приключений. Но банька вновь привела меня в чувство. Натопил Анисим её знатно. Шиша не жалел веников, щедро хлестая ими по нашим спинам.

После пяти подходов в парилку, я погрузился в большую ёмкость с ледяной водой, и сразу же выскочил. Это меня настолько взбодрило, что я готов был пройти дополнительные пару башен как минимум.

Когда мы вновь собрались у стола, я поднял тост за хозяина, его великолепную баньку и отличный стол. Тут и капустка квашеная, и холодец с хреном, и запечённый картофель и даже румяный жареный поросёнок.

Ну а старик раздобрился и достал ещё одно своё изобретение. Кедровку. И она в отличие от резкого самогона пилась гораздо лучше, хотя по крепости ничуть не уступала первому продукту.

Затем пошли задушевные разговоры. Анисим признался, что в прошлом работал кровельщиком, и даже довелось повпахивать на рудниках. Укреплял тоннели, рассчитывал нагрузку и руководил бригадой землекопов. Даже грамоту от губернатора засветил, где указано, что он незаменимый спец.

Мимо прошёл Трофим. Парень изрядно подкачался, вырос. По сравнению с тем тощим пареньком, просеивающим песок у моста, как небо и земля.

— Ну а у Трофимки есть способность находить драгоценные жилы, — показал на него старик.

— Дед, да ладно, — засмущался парень, задержавшись в дверях. — Это мелочи.

— Ой, не прибедняйси. А кто давича самородок выбил из стены. А? Что, забыл, да⁈ — скрипуче засмеялся Анисим.

— Ой, дед, ну тебя. Это было очень давно. Случайно нашёл, — парень отмахнулся и зашагал во двор.

— До сих пор переживает, — наклонился к нам Анисим. — Что больше и нет ничаво в Ситах. И в пещерах голяк. Один известняк или слюда. Вот и ищет золото в реке.

— Пещер у вас достаточно, — хмыкнул Буян.

— Эт верно, но набежали богатые, заграбастали всё себе, — хлопнул рюмаху Анисим и занюхал малосольным огурцом. — И соваться туда себе дороже. Эт уже чужое.