— Авдеев! На выход! — гаркнул показавшийся на пороге надзиратель, и я поднялся из-за стола.

— Ох ты ж ё, — выдавил полицейский, уставившись на шестерых подопытных. — Что здесь происходит?

— Они решили гимнастикой заняться, — улыбнулся я, направляясь к выходу. — Укрепляют нижнюю чакру, так сказать, — затем я махнул всем рукой, — Благодарю всех за гостеприимство. Отбой!

Все повалились на пол, вздыхая от облегчения.

В коридоре меня встретил Гвоздев.

— Никитич! Рад тебя видеть! Значит, у моего помощника всё получилось! — воскликнул я, пожимая ему руку.

— Да, с тебя обвинения сняты. Убийца найден, — ухмыльнулся Гвоздев. — Пойдём в машину.

— Рано в машину. Для начала нужно расписаться в паре документов, — сообщил полицейский. — А уж потом я вас отпущу.

— И здесь эти чёртовы бумажки, — проворчал Гвоздев. — Только побыстрей. Мы очень спешим.

— Все спешат. У меня вон тоже день рабочий закончен. А вы мне работы прибавили, — пожаловался полицай.

Мы зашли в кабинет, где сидел сгорбившийся убийца, прикованный к специальному поручню. Он лишь мельком взглянул в мою сторону. А мне стоило больших сил, чтобы не кинуться в его сторону и не разорвать на части. Но ему и так досталось, судя по затравленному, испуганному взгляду. Вон, сидит, трясётся, вытирает кровь, выступающую из мелких ран на лице. Что с ним Гоб делал, оставалось только догадываться.

'Отправил его в пасть Зилота

Астрального мозго-проглота.

Затем закинул в клетку к слизням

И он уже прощался с жизнью' — довольно подметил зеленомордый.

А затем гоблин добавил, что это были лишь иллюзии. Он просто погрузил его в тень, а остальное создать было делом техники. Хотя гоблин не выдержал и в процессе — для правдоподобности, конечно — слеганца потыкал убийцу кинжалами. И почти истощился, тратясь на иллюзии. Но это того стоило.

Мы расписались так, где надо, затем с Гвоздевым вышли из участка. На улице я заметил и чёрную «Победу». Жига тоже успел подъехать. Завидев меня, он радостно вскрикнул, махнув рукой.

— Мне нужно с тобой поговорить, Владимир, — пристально взглянул на меня Никитич.

— Давай в моей машине прокатимся, отпускай своего водителя, — предложил я.

— Ну а что, давай, — ухмыльнулся Гвоздев. — Я на таких давно не ездил.

Когда мы устроились на заднем сиденьи, Гвоздев тяжело вздохнул:

— Опять ты нашёл себе приключение на одно место. Ты ведь уже понял, что Хазаров это не все твои авторитеты, которых ты завалил в своё время. Этот подонок расчётлив.

— Да я знаю, Никитич, дожмём ублюдка, — улыбнулся я.

— Ты опять меня не слушаешь, — рявкнул Гвоздев. — Он настолько хитрожопый, что сейчас как угорь на сковородке извивается, чтоб тебе отомстить. И сразу скажу — я не всесилен. Вот против него точно. Заварил кашу — вот сам и выкручивайся.