— Ты лучше расскажи, как тебе сиделось, — злобно улыбнулся Макс. — Кормили хоть нормально?

— Ты просто охренел, Макс! — подошёл к нему Павел, и Ковалёв поднялся, встречая его. — Я от тебя вообще не ожидал такого! Принял сторону какого-то вонючего стажёра.

— За словами своими следи, — процедил я, мысленно приказывая Хруму не встревать, а то боевой ёж уже нахохлил свои иголки и приготовился защищать своего хозяина.

Понятно, что не следует устраивать битву на территории центра. Вне нашей конторы я бы Павла проучил как следует, но здесь и сейчас означало лишь одно — не обострять. Иначе придётся отвечать всем и уж точно теперь уже не перед Палычем. Тем более я помнил недавние слова нашего босса.

— А ты там закройся, тебя не спрашивали! — злобно ответил мне Павел. — Кусок дерьма!

Зря он это сделал. Хрума я не успел удержать. Он уже был рядом, когда Павел обернулся. Понятно, почему мой питомец так отреагировал. Он почувствовал угрозу по отношению к своему хозяину. Щёлкнул для острастки челюстями рядом со штаниной некроманта и тот отпрыгнул назад, падая на свой чёрный пакет.

Внутри пакета громко хрустнуло. Я почувствовал лёгкий дымок с оттенком горелой проводки.

— Стажёр, ты уже давно труп! — выпалил Павел. — А теперь вообще приговор себе подписал! — он достал из пакета слегка сплющенный металлический овал, из которого продолжал виться дымок. — Сломал один из моих дорогих артефактов, вот же сволочь!

— Я уже не стажёр, — процедил я. — Уходи, пока ещё что-то не сломалось.

— Мы тебя можем проводить, — пообещал Макс.

— О, так ты моё место занял, — Павел застыл, таращась на меня и скривившись в злобной ухмылке. — Значит, Палыч давно так решил. Вот на меня и нападают со всех сторон. Теперь понятно. И сколько заплатили Палычу, чтобы он меня выгнал?

— Лечиться тебе надо, Паша, — подчеркнул Иван. — Поговори ещё с Даней. Он тебе объяснит, в чём ты не прав. Но для начала успокойся и перестань обострять.

— Я ещё не обострял, дорогая моя команда, — процедил Павел.

Он дошёл до чайника, вырвал питающий шнур из розетки, затем вылил горячую воду на пол и спрятал прибор в большой чёрный пакет.

— Э, ты куда его⁈ — воскликнул Макс.

— Это мой чайник, — резко ответил ему некромант. — Поэтому забираю. И ещё вот, две чашки. Тоже мои.

Павел схватил со стола бирюзовую приземистую посуду, выкинул на пол использованные ранее пакетики вместе с чайными ложечками. Те зазвенели, разлетаясь в разные стороны. Затем швырнул со всей силы чашки в пакет. Раздался звон разбивающейся посуды.

— Паша, может, отойдём? — тихо спросил у него Даниил.