Только время покажет, права ли она. А пока что использование эльфсейдра остаётся спорным.
Гномы
РОДНОЙ МИР: Нидавеллир
ВНЕШНОСТЬ: Коротышки с грубыми чертами лица; превращаются в камень под воздействием солнечных лучей.
НАИБОЛЕЕ ИЗВЕСТНЫ КАК: Эксперты по работе с металлом и ремесленничеству.
Металл в действии (рассказ Гонды)
Задолго до того, как я смастерил барные стулья для таверны Набби, я занимался изготовлением трудосберегающих устройств. Ну, вы знаете такого рода штуки – нажать на кнопку, потянуть за рычаг, повернуть ручку, и та-дам! Машина делает работу за вас. Это занятие со временем наскучило мне до смерти.
К счастью, судьба направила меня в другое русло. Случайно оказавшись в Мидгарде, я встретил там человека по имени Руб Голдберг. Голдберг, сын Ханны, придумывал всякие хитромудрые штуковины, разработанные для выполнения самых простых задач самыми сложными способами. Эти изобретения, известные как машины Руба Голдберга, были настоящей поэзией в действии.(прим. пер: «машина Руба Голдберга» — чрезвычайно сложное, громоздкое и запутанное устройство, выполняющее очень простые функции)
Я взял за основу концепт Руба, вернулся в Нидавеллир и принялся за изготовление моих собственных творений. Я приспособил для этого дела всё накопленное за многие годы добро – вентилятор, игрушечный грузовик, набор домино из Мидгарда, несколько банок из-под кошачьей еды из Ванахейма ("Фрейины киски купили бы Вискас!"), лопату для уборки снега из Нифльхейма, вешалку для пальто, взятую у моего друга Блитцена – ну, короче, вы уловили мысль. Я спаял, приварил, обработал огнем и молотом эти детали, чтобы собрать сложный механизм, состоящий из взаимосвязанных частей. Все это, собранное воедино, было прекрасно.
Моя первая машина Руба Голдберга была призвана растапливать печь. Вот как она работала: серебряный шар ручной работы скатывался по выкованной из стали спирали, подвешенной на крючке, сплетенном из проволоки с потолка. Шар приземлялся в отполированную до блеска банку из-под кошачьей еды. Банка наклонялась, опуская шар в другую банку, которая тоже наклонялась, опуская его в следующую, и так последовательно со всеми семью банками. Последняя банка отправляла шар на платформу игрушечного грузовика. Грузовик, поставленный на монорельс моего производства, проезжал по полу и задевал первую из многих костяшек домино, выстроенных в длинную петляющую линию, из которой складывалась надпись "ГОНДА". Последние падающие доминошки с выгравированными на них изображениями знаменитых гномов образовывали ступеньки, идущие вверх. Финальная костяшка била по закрепленной с металлического конца вешалке, что заставляло ту прокрутиться, задевая переключатель, включающий вентилятор. Вентилятор дул на рукоятку лопаты для уборки снега. Лопата падала и приземлялась на поднятый вверх конец детских качелей в виде доски, которые я сам выковал из бронзы и украсил драгоценными камнями. Противоположный конец поднимался, запуская другой шар – на этот раз золотой – через всю комнату. По окончании полета шар ударялся о молот, переданный мне моими предками. Молот падал на кнопку, включающую печь, и вуаля! Зажигался огонь!