Ольга деликатно пожала плечами, понимая, что сейчас услышит ответ:

— Потому, что они оба понимали: в сочинения нужно вкладывать частицу своей бессмертной души. Тогда и книги выйдут бессмертные. А если писать и высчитывать, сколько пятаков получишь за свою писанину, как это делают газетные репортеры — ничего хорошего из этого не получится. На следующий день в это творение на базаре завернут селедку, и это будет ему достойная оценка. Халтура — вот совершенно точное определение такой литературе и оплачивается она соответственно качеству. Если писать так, то скоро из художника превратишься в захудалого ремесленника, вроде того фотографа, который на Владимирской горке предлагает прохожим просунуть голову в дырку на холсте и снимает всех подряд в виде отважных пилотов аэроплана. Держу пари, эта работа не приносит ему ни радости, ни денег.

Продажная любовь, как и продажная литература, оплачивается плохо, не приносит радости и губит талант на корню. А лишиться возможности вкушать радости любви? Ни за какие деньги, НИ ЗА ЧТО!

— Надежда, ты даже не убедила меня, а, скорее, изложила то, что я в душе понимала, но выразить не умела.

— Вот поэтому я и ценю свою независимость как гарантию того, что занятия любовью мне никто не вменит в обязанность, и я не растрачу свой талант, исполняя эту повинность. Впрочем, здесь я могу ошибаться. Да, ты знаешь, что Петр — врач?

— Судя по книгам в его библиотеке, я поняла, что он имеет какое-то отношение к медицине, но какое я не знала.

— В любом случае, расспроси его. Он тебе расскажет о способах предохранения от нежелательной беременности, более надежных, чем молитва: «святая дева Мария, зачавшая без греха, помоги мне согрешить без зачатия» и еще кое о чем.

Ольга рассмеялась этой своеобразной молитве и тут ее улыбка погасла. Она вдруг поняла, что принципиальное решение она уже высказала, и отступать стыдно. Осталось только уладить кое-какие второстепенные детали. Она нервно сглотнула.

— А в первый раз у меня ЭТО будет с Петром?

— Решающее слово за тобой. Ну и, конечно, если он будет против, то ты его не заставишь. Ты — далеко не первая девица, которая решила примкнуть к нашему обществу и у нас существует целый ритуал на этот случай.

— ?

— Это… мероприятие обставляют как праздник. Собираются все члены нашего общества, организуют угощение. Летом — на природе, где-нибудь на Трухановом острове. В холодное время года — в подвале одного фабричного здания. Не смейся. Владелец фабрики — один из соучредителей общества. Подвал давно приспособлен соответственно нашим запросам. От нездорового любопытства полиции далеко, все удобства в наличии, места много. Посвящаемая девушка должна исполнить маленькое представление — раздеться перед обществом, чтобы все могли полюбоваться на ее красоту. После этого она может оценить, насколько ее выступление, скажем так, понравилось собравшимся мужчинам и выбрать счастливчика, которому предстоит сыграть главную мужскую роль. Дело его чести — сыграть ее так, чтобы причинить девушке поменьше боли. Вот, собственно, и все. Остальное ты видела. Потом — неофициальная часть: нечто вроде приема, но ты в нем можешь не принимать участия, если слишком тяжело перенесешь первую часть.