бы с мягким светом, изливавшимся из их глаз. Вместе, наконец-то вместе, через столько лет. Дети вцепились в ноги отца, боясь, что он опять пропадет. Я с трудом выпрямилась, цепляясь за перила, и тоже слабо улыбнулась. – Мне пора… прощайте. – Прощай, Юля. Все вспыхнуло последний раз – и погасло. А я обнаружила себя стоящей на коленях и сжимающей руками крест из осиновых щепочек. От вампира не оставалось и следа. Даже пепла на полу. Ничего. Но я знала, что к чему. Крест сиял ярким серебряным светом. И он определенно стал… да! Два прутика и тряпка стали единым целым! Как будто сплавились! Что происходит? Я медленно, шатаясь, как тепличная роза на ветру, подобрала его, стянула со спины обрывки топа, завернула в них крест и засунула сверток за неимением всего остального в остатки колготок. И все это одной рукой. Вторая болела немилосердно. Свечение угасло окончательно. И только тогда я обвела зал взглядом. Вампиры выглядели ошалелыми и испуганными. Еще бы! Ты не бойся, это гусь, я сама себя боюсь! Дюшку словно поленом по голове огрели. Этакая бессильная смесь злости, ненависти и испуга. Надо бы ему послать воздушный поцелуй или хотя бы его самого послать груши кое-чем околачивать, но сил просто не осталось. Ни на что. Я поискала глазами Даниэля. Но первым, естественно, увидела Мечислава. Вампир спокойно вошел в круг и двинулся ко мне. – Как вы себя чувствуете? – Победа? – шевельнула я ссохшимися губами. – Да. – Влад мне всю одежду изорвал. Хорошо хоть штаны целы остались. Мечислав неожиданно улыбнулся мне. Улыбка получилась мягкой и очень теплой. Словно солнечный лучик пробежался по моему измученному телу. – Юля, у тебя рука вывернута. Надо срочно вправлять. И когда это Влад успел? Когда отрывал и бросал через весь круг? – Можете это сделать? – Будет больно. Я скрипнула зубами. Что теперь поделаешь! Надо просто перетерпеть! – Будет. Вправляйте! Авось не покусают, пока без сознания буду. А если Мечислав опять мне в мозги полезет? А шиш ему с маслом! Это стало последней связной мыслью. Ослепительная боль разорвала мой разум на части. Я закричала – и провалилась в благословенную черноту обморока.

Не сотвори себе вампира

Не сотвори себе вампира ГЛАВА 1 Друзья, враги и ИПФ Мечислав смотрел на девушку, которая уютно лежала у него на руках. Впервые за всю его длинную жизнь у вампира голова шла кругом. И было от чего. Сейчас Юля была в обмороке, и он уже минут пятнадцать пытался пробиться к ее сознанию. Бесполезно. Все было закрыто наглухо. И даже появлялось ощущение, что чем больше он старался, тем крепче становились стены вокруг ее разума. – Не получается? Даниэль. Сейчас они вдвоем сидели на заднем сиденье машины. Мечислав держал Юлю на руках и пытался докричаться до ее сознания, Даниэль просто смотрел на его попытки с каким-то странным выражением. – Нет. – Неудивительно. – Это еще почему? – Ты же видел, какую силу она сегодня призывала. Нам туда хода нет, сгорим как рождественские свечки. – И совершенно непонятно, КАК она умудрилась это сделать. И почему не сгорела сама. Идет бой, она дерется, вкладывая всю агрессию, то есть по ЕГО нормам она уже зло. А когда она просит о помощи, вместо того чтобы уничтожить, ей дают силу, о которой мне даже подумать страшно. Крест этот опять же… Даниэль нервно передернул плечами. Крест был обернут еще в несколько слоев ткани и лежал в багажнике. И даже сейчас вампиры чувствовали его холодную и безжалостную силу. Этот крест был создан, чтобы отпускать из этого мира. Навсегда. – Ты не прав. Она не просила о помощи. И еще… Юля с рождения атеистка и даже не крещеная. – Но в ее руках равно работает и наша магия – ты вспомни «слизня на дороге» – это ж надо так обозвать, и, как теперь выясняется, светлая? – Ты у нас теоретик от магии, вот и разбирайся. – А что тут разбираться. Мы с церковью просто антагонисты. И слишком замкнуты в своих крайностях. Священники не воспользуются нашей магией, мы не сможем произнести и пары слов из молитвы. К Юле не относится ни то, ни другое. Она не связана ни с нами, ни с ними. И спокойно использует оба источника. – Так просто? – Магия вообще не сложнее математики. Либо (a+b) 2 = a 2 +2ab+b 2 , либо нет. Все примитивно. – Увы, не все. Кстати, ты не думаешь, что в дальнейшем, общаясь с нами, Юля утратит свои способности к светлой магии? – Не обязательно. Если она сама пожелает их сохранить, все будет в порядке. Судя по кольцу света, ей доступно многое в этой области. Грех будет не воспользоваться. – А позволит ли она тебе? И будет ли пользоваться своими способностями в ТВОИХ целях? – Пока еще ни одна из женщин не отказывалась. – На Юлю не действует ни твое обаяние, ни Дюшкин гипноз. Так что смело дели свою уверенность