- А что тебе не нравится? – Удивилась Ионна, редко сталкивающаяся с моим открытым сопротивлением.
- Во-первых, оно детское, во-вторых, неужели у порядочной гномки не должно быть хотя бы одно сменное платье? Единственная альтернатива – рабочая роба! В-третьих, оно выше колен, а у меня короткие ноги. В-четвертых, а вдруг там холодно?
- Хватит! – Оборвала меня гномка, хотя я и так уже высказалась. – Что тебе нужно?
- Штаны, рубаха, куртка. В двух экземплярах, - в том, что у них нет нижнего белья, я уже успела убедиться. Попу прикрывала матерчатая конструкция, напоминающая набедренную повязку Тарзана. Грудь вообще находилась в свободном плавании, не сдерживаемая никакими ухищрениями портных. Хуже всего было, когда наступали женские дни. В первый раз я долго ходила вокруг да около, выпрашивая у гномки старую материю. Еще дольше искала возможности для стирки без посторонних глаз, а потом привыкла.
- Срамота это девке штаны носить! – Возмутилась Ионна в ответ на мою скромную просьбу.
- А я не обычная девка, я художник, нижний социальный класс, на меня и внимания никто не обратит.
- Ты моя ученица, и меня будут судить по тебе.
- О тебе даже у твоей родни невысокое мнение.
Я проворно увернулась от подзатыльника. Практика дает о себе знать, Шустрость - теперь мое второе имя.
Недолгая дискуссия закончилась ничьей: мне позволили сменить платье, но не дозволили носить штаны. Ионна куда-то сходила и вернулась с двумя сарафанами в пол. Порадовало, что без кокошников. Сарафаны ничем не напоминали русские народные, да и на одежду рабочей крестьянки не походили. Скорее это был неудачный симбиоз мешка с рукавами и угнетенности портного, вылившейся в режущую глаз серо-коричневую гамму. К этому безобразию прилагалась куртка из какого-то лысого животного, назвать ее кожаной у меня язык бы не повернулся, и кирзовые сапоги. В общем если я думала, что изуродовать меня сильнее уже ничего не способно, я заблуждалась.
Поджав губы, натянула на себя предложенное. В любом случае лучше быть чучелом, чем девочкой-переростком. Внутри меня бушевало возбуждение: мне, наконец, предстояло подняться на поверхность и выйти к людям.
Лёгкий замес
Я думала, что, выйдя из своего туннеля, мы двинемся вверх по лестнице, подъемы куда я совершала неоднократно для наших встреч с магом. Ведь мы проживали на самом нижнем уровне. Оказалось, что выход на поверхность идет через самые темные мрачные глубинные пещеры, наполненные холодом и сыростью. Стены освещал куда более тусклый свет, чем на верхних этажах. Видимо, тратить магический ресурс на наполнение камней в нежилых помещениях считалось расточительством, поэтому видно было ровно настолько, чтобы не пропахать носом пол, застряв носком в какой-нибудь трещине на полу.