Услышав такое, архангел внутри меня возмущенно встопорщил перья и затрубил в фанфару, из-за чего у меня снова проявились все атрибуты Специального Исполнительного Агента, а голос, которым я возразил мистеру Хершу, сделался потусторонне гулким:

— По моему сугубо русскому мнению выходца из двадцать первого века, все это люди без совести, американская и израильская агентура влияния, ментально чужеродные элементы и перерожденцы, поставившие целью разрушить страну, в которой они имели несчастье родиться. Запихать их в топку всех до единого, и забыть, что такие жили на свете. Слишком дорого обошлись моему народу их хотения тухлого. Кстати, коммунистический режим, о котором вы только что так пренебрежительно отозвались, в свои лучшие годы показывал высочайшие темпы экономического роста и улучшения благосостояния народных масс. Тяжелейшую войну, кстати, Советский Союз тоже выиграл практически в одиночку, Второй Фронт подключился только тогда, когда все уже было предрешено, а потом помогали вашей Америке добивать самураев, за что после получили жесточайшую неблагодарность и Железный Занавес. И если бы не одна известная всему миру жопа с ушами, однажды стучавшая ботинком по трибуне ООН, еще неизвестно, какая страна стала бы мировым лидером по промышленной мощи и качеству жизни населения. Ничего, пройдет совсем немного времени, и вы увидите, как страна, что казалась вашим вашингтонским деятелям одряхлевшей, уже почти уже умершей, переживает вторую молодость.

— Ну хорошо, мистер Сергий, — сказал Сеймур Херш, поежившись. — Давайте оставим советские дела советским людям, пусть они сами решают, кто им враг, а кто друг, и вернемся к исходному вопросу, поставленному маленькой мисс Самантой, о том, что как раз наши американские дела исключительно плохи.

— Тут у вас пока еще не сам ад на Земле, — ответил я, — однако силы, желающие отправить большую часть человечества в небытие, уже сформировались и действуют. Последним препятствием для начала претворения в жизнь основной части их плана является существование Советского Союза и так называемых стран народной демократии. Именно эту цель — полный разгром ослабевшего Красного Проекта и достижение мирового господства — ставит перед собой Рейган и компания. Они считают, точнее, считали, что, запугав весь мир «Звездными Войнами*» и выдвинув на передовые рубежи оружие первого внезапного удара, смогут вынудить Советский Союз к перенапряжению своих экономических возможностей и в конечном итоге к капитуляции. И тут прихожу я, такой красивый, на своем линкоре, стираю в порошок их сукиного сына Зия-Уль-Хака и в ультимативном тоне требую отвести «Першинги» и «Томагавки» обратно на американскую территорию. И в то же время я не желаю военного разгрома и оккупации, и уж тем более уничтожения Америки. Обе системы должны существовать мирно и порознь, и соревноваться не в количестве боеголовок, а в научных достижениях, промышленном потенциале и уровне жизни населения. Только боюсь, что такая идиллия недостижима. Господа, которые играют мистером Рейганом как куклой-марионеткой, считают, что подобный исход для них горше смерти, и, пытаясь переиграть неодолимое, готовы идти на любое обострение. Так уже было в мирах пятьдесят третьего и семьдесят шестого года, которые мне довелось пройти. В обоих мирах американская верхушка попыталась сыграть на обострение, была с треском разгромлена и вышвырнута во тьму внешнюю, но Америка своей независимости не потеряла: правят ею, как и прежде, законно избранные президенты Эйзенхауэр и Форд, только сроки их полномочий в соответствии с Актами о капитуляции и Вассальными присягами на верность продлены как минимум на двадцать лет…