— Я… — начал он, и голос его прозвучал хрипло, будто он не говорил несколько дней. — Я не твой должник.

Лита фыркнула и потянула сундук к себе, проверяя, тяжёлый ли.

— Конечно, не должник. Мы просто два упрямых существа, которым сегодня не повезло оказаться в одном лагере. Но раз уж так вышло, давай не будем умирать. По крайней мере, не сегодня. У меня ещё пирожок не съеден.

Уголок его губ едва заметно дёрнулся — то ли в попытке усмешки, то ли в попытке сдержать боль.

— Меня зовут Зетарион, — наконец произнёс он.

Лита щёлкнула пальцами, будто это была самая обычная деталь дня.

— Отлично. Значит, Зетарион. Держи меч. И постарайся не пугать лошадей. Хотя… ладно, пусть боятся. Иногда это полезно.

Они стояли посреди разгромленного лагеря: одна — с сундуком и видом человека, который только что устроил локальный апокалипсис, другой — с мечом и взглядом того, кто впервые за долгое время почувствовал, что снова может стоять прямо.

И в этой неловкой, колючей тишине между ними проскользнуло что-то важное. Не благодарность. Не романтика. А признание: мы оба упрямые. И, может быть, вместе у нас есть шанс не просто выжить, а победить.

Даже дракона.