Вздохнув, глава крупного мафиозного клана жестом отправил неудачника в утилизатор. Стоявший сбоку охранник подхватил перепуганного Лялю-бледные-оспины и сбросил в распахнувшийся люк. Тем временем мистер Армаравиро пытался сообразить, что же ему теперь делать. Со стройкой он явно ошибся и реальных рычагов давления на губернатора так и не появилось. Поэтому придется искать обходные пути на заинтересовавший его рынок. Ну и избавиться от несносной девчонки, которая все еще сидит где-то в комнате охраны под замком.

Конопушке повезло дважды. Сначала ее просто оставили на время рядом с охранниками и девочка успела рассказать про своих знакомцев, назвав несколько важных имен, которые были известны мордоворотам. Потом она подшаманила вечно сбоившую кофе-машину и напоила горячим вкусным напитком всю смену, окончательно расположив к себе. Поэтому когда спустившийся вниз мистер Армаравиро задумчиво уставился на веселую непоседу в мятом платье, один из сидевший в углу мордоворотов спросил:

— Может, мы ее кашеварить оставим? А то все всухомятку давимся. Вон, кофе готовить умеет, кашу сама себе приготовила, так запах просто с ног валит. Пусть отрабатывает, чего зря на довольствии держать.

— Мда? Я, вообще-то, хотел разобраться более кардинально.

— Не, насчет Ляли понятно, но девочка-то маленькая, плохого нам ничего не сделала. Ваши соседи вроде как слышали, что такую крохотулю привезли. Если мы и ее утилизируем, то слухи пойдут. Скажут, что ничем от живодера-покойника не отличаемся…

Поморщившись, мафиозный босс подумал, что в чем-то его громилы правы. Конечно, прихлопнуть это недоразумение можно в любой момент, но вот как тогда соседям в глаза смотреть. Те и там будут скалиться, что обошли на крутом строительном повороте.

Но принять окончательное решение не дала сама Конопушка. Она важно встала, фыркнула и заявила:

— А чего вы такие странные, будто законов не знаете. По правилам, у любого, чью судьбу решают, нужно спросить про последнее желание.

— И что ты желаешь? Печенюшку или мороженку напоследок? — хмыкнул мистер Армаравиро.

— Я хочу свободу себе выиграть. В покер. Слабо на такое забиться?

— На свободу? В покер?! Слушай, малявка, а тебе есть хоть чего на кон поставить?

Конопушка достала из кармашка несколько мятых купюр и объявила:

— Вот, двадцать кредитов у меня есть. Сыграем?

Все же наш старпом если брался кого-либо учить, то делал это на совесть. Поэтому приемная дочка госпожи Шторм сначала выиграла несколько тысяч наличными, потом в долгой борьбе сумела добиться разрешения работать поваром для охраны и теперь спорила насчет полной свободы. Карты так и мелькали в ловких маленьких пальчиках, но взбешенный мафиозо решил положить конец представлению в привычной для него манере: