И хотя чувствовал я себя все еще дерьмово, я заставил себя двигаться дальше. В основном хреново было морально, физически же все нейтрализовал Регенерон. И хотя раны на груди еще не зажили, за них я вообще не опасался.

И я ушел.

Сверился с картой. Маркер показывал, что мне нужно пройти около полутора километров.

Двинулся прямо через небольшую рощу, срубив небольшое дерево и соорудив из него что-то вроде копья. Метатель копий из меня еще тот, но в критической ситуации и это оружие.

Справа от меня осталось огромное болото. Вой проклятой Таксы больше не доносился, что хоть немного, но радовало. Да и вообще, после ночи, все твари словно пропадали… Отсыпались они, что ли?

Роща вытянулась на север, заросла кустарником. Ничего интересного здесь я не нашел, поэтому, побродив немного, двинулся дальше.

Минут через десять выбрался на опушку и заметил небольшой домик. Забор отсутствовал, да и вокруг ничего интересного, кроме зарослей травы, не было. Решил заглянуть внутрь — вдруг там есть что-то полезное?

Дом вполне ожидаемо оказался заброшен. Входная дверь была не запертой, но по всему было видно, что сюда давно никто не входил.

Приоткрыл дверь, вошел внутрь.

Оружия здесь не было. Ну, почти — только топор, воткнутый в пол. Огромный и тяжелый. Таскать такую дуру с собой — это верх глупости.

Нашел пару банок квашеной капусты, кусок сала и ломоть черствого хлеба.

Одежда была, но так — тряпки. Ничего подходящего.

Уже собирался выходить, как вдруг услышал какое-то повизгивание.

Прислушался, определил источник звука и уже через минуту в соседней комнате обнаружил пса…

— Овчарка? — удивленно выдохнул я, опознав немецкую породу. Это-то я откуда-то помнил!

Субъект «Псинка», немецкая овчарка третьего уровня

Состояние здоровья: 88/110

Лояльность: дружелюбная

Но еще большее удивление у меня вызвало то, что пес был на цепи. Да, прямо в доме. Какой идиот оставил здесь собаку умирать с голоду?

А собака и впрямь была голодной. Очень. При моем появлении она даже не лаяла, а только скулила, глядя на меня преданными глазами.

— Э-э, собакен, ну и кто ж тебя тут бросил-то? — проворчал я, осматривая комнату. На полу, в углу валялись вскрытые пустые банки из-под консервов. Какими бы овчарки ни были умными, но я не думаю, что они самостоятельно умеют вскрывать консервные банки. Да и пристегивать себя цепью к стене тоже не станут.

А пес оказался сукой.

Я без проблем сунул ей найденный кусок черствого хлеба, налил в банку воды. Затем открыл и вывалил тушеную свинину. Голодное животное налетело и вмиг сожрало и то, и то. А затем с характерным шумом принялось хлебать воду.