И в этот момент прозвенел первый звонок, приглашающий в кинозал.

— И как ты с этим живёшь? — с жалостью в голосе спросила Паромова.

— Да, нормально. Что-то вспоминаю, что-то вновь запоминаю. Откуда-то тяга к истории и краеведению появилась. Вместо института Лесгафта, хочу на истфак в Ленинградский университет поступать. Готовить откуда-то научился…

— Вовка и Лёшка рассказывали про твой «ленивый» гуляш. Говорят очень вкусно и есть можно с любым гарниром, — вновь перебил меня Самаев.

В этот момент прозвенел второй звонок.

— Ладно, ребята, после фильма поговорим, пошлите в зал, — произнёс я и начал собирать тарелки.

Вместе с Серегой отнесли стаканы на поднос для использованной посуды, а бумажные тарелки выбросили в корзину для них. В сопровождении девчонок зашли в зал и разошлись по своим местам. После киножурнала «Хочу всё знать» посмотрели фильм.

Что можно сказать, если смотрел его несколько раз до этого. Финальная сцена с песней «Позвони мне, позвони», по-моему, самая сильная часть фильма. А остальное так себе. История провинциалки в большом городе оказалась менее интересной, чем в фильме «Москва слезам не верит». И не мюзикл, и не мелодрама. Что-то среднее и не особо удачное.

На выходе из кинотеатра встретились с Самаевым, Паромовой и вместе поехали домой. Судя по комментариям девчонок, им фильм понравился, мы же с Серегой переглянулись и пожали плечами. Наталья заявила, что если не добьётся больших успехов в спорте, тоже будет поступать в ГИТИС. После этого рассказала, что они со Светкой Рыбкиной на следующий учебный год переходят учиться в сорок девятую школу, а то они постоянно опаздывают на начало тренировок.

В общем, Наталиʹ, завладев вниманием нашей небольшой группы, почти всю дорогу до дома рассказывала о своих планах. И, слава КПСС, мне совсем не хотелось им рассказывать, что я ещё забыл после «клинической смерти», и что я чувствовал во время неё.

Проводив Наталью до подъезда и не чмокнув её в щёку, которую та мне как бы невзначай подставила, пошёл домой.

— Ну, что жених, как в кино сходили? — Этим вопросом меня встретил улыбающийся отец, открыв дверь.

— Более-менее нормально, — ответил я, вешая свою гэдээровскую куртку на гвоздик самодельной вешалки, которую отец успел соорудить.

В этой трёхкомнатной квартире не было встроенного шкафа, но была ниша, в которую хорошо войдёт довольно большая стенка для прихожей. Вся проблема была в том, где её достать, особенно в размер.

— И почему более-менее нормально, а не хорошо или отлично? — Этот вопрос уже задала мамуля, выйдя из кухни.