— Булочек наелся, боюсь растолстеть…

— Это ты намекаешь, что я много ем? — я даже перестала жевать.

— Это я намекаю, что пора и мне начинать работать.

— О, точно! — вывалила рядом кучу готовой бижи. — Рассортируй, может, что интересное есть.

Дима скривился, но начал смотреть изделия.

— Эти сразу перекрафчивай и ломай, — мужчина стал откладывать ненужное.

Ну да, совсем мусорные колечки.

— О, ещё одиничка наблюдательности, — он сразу прибрал себе. — Потом переделаешь на четвёртом, с пластинами. Ты работай, хватит бездельничать, раз отдыхать не хочешь… — толика мстительности в голосе.

Доела, легла на живот и, болтая ногами, неспешно взялась за бижутерию.

Крафт без гонки, был в кайф. Особенно в приятной компании, уютной обстановке.

Неожиданно посреди разговора Дима рассмеялся. Я сделала круглые глаза.

— Да нормально всё. Дед написал… вернее, мой папа, ха-ха… сейчас успокоюсь, подожди. Этот придурок, сын его, сложил себе что-то в голове и сделал вывод, что Дядя Вася — мой отец. Что делать будем? — растерянность на лице. — Он внизу ждёт. Сейчас дед поднимется за нами.

— Ну а что, всё логично, если подумать? Приезжает какой-то хрен с женой, селится у незнакомого мужика, кидается бабками. Дед продолжает вести себя без напряга, по сути, потеряв дом… Пойдём, сынок, знакомится с семьёй, по-новому.

— Ну да, поздно метаться. Пойдём на очередной спектакль.

Стук в дверь. Дед, ничего не говоря, просто пожал плечами.

Тимофей встретил нас, стоя в коридоре. Смотрел строго на Диму, очень внимательно его рассматривая.

— Ну, здравствуй, ещё раз, братишка! — мужчина криво улыбнулся и перевёл взгляд на Дядю Васю. — Ты совершенно не похож на отца.

— На мать, — коротко ответил Дима.

— Ясно. Пошли пообщаемся, как родственники?

И опять я на кухню. Пришлось быстро соображать закуску, потому что на столе появилась бутылка. Судя по тому, как расслабился родственник, домой он сегодня не поедет.

Разговор пошёл ни о чём. Дед сразу пресёк попытки сына узнать кто мать. Слишком глубоко зарываться в эту историю никто не хотел. Так что говорили на нейтральные темы, чем кто занимается, есть ли дети и тому подобное.

— Ты же понимаешь, что информация о нашем родстве должна остаться между нами? — предупредил Дима.

— А Николай?

— Он мне не сын! Иуда, продался за семь миллионов! — вставил Дядя Вася.

Тимофей потупил глаза.

— Я деньги верну.

— Нет, — тут уже Дима взял слово. — Сыну на учёбу оставь или на вклад положи. Пусть будет подарок.

— Хорошо.

Разговор затянулся, пришлось наигранно широко зевать и прикладывается на плечо Шёпоту, да и дед присоединился, клевал носом. Так что быстро разбежались по комнатам.