Несколько девушек даже предложили прийти как-нибудь в Императорский Лицей, при этом обещав устроить экскурсию.

Наиболее запомнившимся событием за этот день, конечно, после объявления Императора, был случай, когда один длиннолицый худощавый аристократ с двумя тонкими усиками — прямо крысёныш с виду, попытался подкатить к Саре. На первый раз она вежливо попросила оставить её в покое. На второй раз прямо сказала отвалить. И уже на третий раз, когда я собирался влезть, демонстративно облила крысёныша вином.

Этот акт наделал много шума, и, наверное, мог бы даже вылиться в войну родов, если бы это сделала не Сара — женщина, да к тому же из красной зоны. Крысёныш не посмел и слова сказать — он ушёл, оскорбленный и обиженный, но обещал, что Сара заплатит, добавив пару нелестных выражений — а если конкретнее, то сказал, что сделает ее своей собственностью. И последние его слова мне очень не понравились.

На этом мероприятие закончилось, и все уже вышли, чтобы уйти. Я, Сара и Люси были в числе первых.

— Спасибо за проведенное вместе время, — улыбнулся я Люси, вежливо поцеловав её руку.

— Ты уверен, что хочешь остаться? — взволнованно спросила Сара.

Ей не понравилось, что я сказал, будто у меня есть дела. Вряд ли она догадывается, что последует дальше, но вот интуиция ей говорит, что собираюсь я отнюдь не прогуляться.

— Не переживай, — попытался я её успокоить. — Ну что со мной может случиться? Да и не слабак я — смогу о себе позаботиться.

Люси, которая с рождения обладала даром читать мысли, лишь с иронией фыркнула. Уж она-то знает, что будет дальше. И хотя она тоже беспокоится за меня, причём, гораздо сильнее, чем ничего не подозревающая мать, Люси прекрасно понимает, что ей лучше молчать.

На этом женщина успокоилась и, наградив меня тяжелым взглядом, пожелала удачи, после чего уехала.

Сразу за этим я достал телефон и посмотрел на сообщение.

[Не делай глупости. Я позабочусь о нём.]

— Сам ведь говорил, что нам лучше держаться друг от друга на расстоянии, — закатил я глаза, видя, что номер неизвестный.

[Простите, но такого номера не существует.]

Всплыло у меня в телефоне, когда я попытался ответить. Он уже избавился от телефона? Быстро, однако.

— И что тогда делать? — задался я вопросом, но мне никто не ответил. — Знал бы, что нельзя будет трогать Крысёныша, вернулся бы домой вместе с ними… — пробурчал я, смотря на часы.

Уже девять часов вечера.

Вообще-то я сейчас должен был выслеживать крысёныша, подготавливая подходящий уголок, где его можно будет по-тихому прирезать. За подобные слова, а главное, возможные действия, я готов был весь его род вырезать подчистую. Вместе со всеми детьми.