«Прости, — мысленно извинился я. — Обещал ведь, что помогу с домашкой, а сам весь день в игрульки играл.»

Вины я за собой не ощущал, ведь был серьезным делом занят, тем не менее, позже я как следует извинюсь перед Люси.

Накрыв девушку одеялом, я спустился со второго этажа, после чего осмотрелся. Из-за особенности моего тела я не очень подвержен голоду, хотя и не могу сказать, что вовсе в еде не нуждаюсь. Тем не менее, поесть я люблю, и всегда готов перекусить, особенно после трудного дня.

— О, проснулся, игроман? — немного насмешливый, но тем не менее добрый и заботливый голос встретил меня на кухне. — Я всё ждала, когда же ты спустишься, но не рассчитала и накрыла стол на пятнадцать минут раньше. Подожди немного, я скоро разогрею.

— Спасибо, — поблагодарил я приёмную мать, при этом позёвывая и проходя мимо неё, чтобы набрать себе стакан воды. — Даже не знал, что столько времени в реальности прошло…

— Это ещё хорошо, что у тебя сегодня занятий не было. — улыбнулась мне Сара. — Вот если бы ты из-за игры ещё и школу начал прогуливать, то я бы уже очень сильно разозлилась. — ее слова вызвали у меня скептический взгляд. — Чего ты так на меня смотришь? Да, я знаю, что ты начал играть по делу, а не для развлечения. И да, я понимаю, что эта игра важнее учебы. Но это не повод не посещать школу! — я закатил глаза. — Запомни, Лео, школа — это важный этап человеческой жизни. Не только из-за знаний что ты там приобретешь, но и из-за времени, которое ты там проводишь. Школьные годы еще долго будут преследовать тебя. Ты будешь с сожалением вспоминать об упущенных в школе возможностях или с удовольствием разглядывать школьные фотографии. Вот стукнет тебе тридцать и поймешь, о чем я! — уверенно заявила она.

Стукнет тридцать, да?

— Было бы неплохо, — хмыкнул я. — Только вот, сомневаюсь я в этой твоей версии событий. Я тут недавно с одной женщиной познакомился, так она рассказывала — брехня всё это, а вы нам лжёте. Ей уже за сорок, а она так ни разу и не заскучала по школе.

— А ты не говори со всякими подозрительными барышнями. — зло посмотрела она на меня. — Я тебя что, не учила держаться от таких людей подальше?

— Ну так, — пожал я плечами. — Кто меня утешит, если не взрослые дамы? У такого бедного меня даже мамочки нет — только жалкое подобие. — фыркнул я. — Поэтому и ищу любви и ласки в чужих мамах.

Сара не обижается на эти слова. Как и я не обижаюсь на её шуточки про неблагодарного пасынка. Мы уже привыкли. Она понимает, что если у меня и есть мать, то это она. А я понимаю, что дороже для неё, чем её родной ребенок.