стараясь получше рассмотреть наши наряды. В лице Патрона, которое всегда было прекрасным, мужественным лицом современного человека, появилось старушечье выражение. Да, оно действительно превратилось в лицо древней старухи. Увидев Патрона, я телепатически передал Мори: Это же беременная старая карга; что с ним произошло?! Мы с Мори стояли не шевелясь – ничего другого нам не оставалось, а Патрон, еще сильнее скосив глаза, внимательно рассматривал нас. Секретарь, который привел нас сюда, и другой секретарь, находившийся в палате, не получая указаний Патрона, предпринять что-либо самостоятельно не решались. Вдруг раздалось громкое фырканье, и я подумал, не спряталась ли где-то здесь собака. Фырканье раздалось снизу – за вздувшимся животом Патрона на корточках сидел обладатель массивной лысой головы, внимательно следивший за каждым движением Патрона . Помнится, я уже видел однажды эту массивную голову. Это был нефтепромышленник, чуть ли не самый крупный в Японии, владелец нефтеналивных судов – после войны они с Патроном стали чемпионами по части сколачивания капитала посредством темных финансовых махинаций. Скривив свои толстые губы и глядя на нас с Мори, он громко сопел. Будто сопенье было тайным знаком, Патрон, поняв, что это явились мы с Мори, тихонько засмеялся и хрипло, чего я никак не ожидал от него, поскольку голос его всегда был твердым и чистым, произнес: – Хха-хха-хха, занятную штуку ты удумал. Так тщательно все рассчитал, столько сил положил, хха-хха-хха, необыкновенный человек. В тот раз, когда ты пришел, чтобы избить меня, я решил, что это ты просто переоделся, хха-хха-хха, а сейчас вы еще чуднее вырядились и пришли вдвоем, я в самом деле могу подумать, что произошло что-то поистине необыкновенное или что вы задумали нечто сверхъестественное. Слушай, а в самом деле, в прошлый раз это все-таки был ты или же здесь сейчас не ты, а кто-то другой? У меня даже в глазах рябит от этого вашего оригинального наряда. Отдайте-ка вашу палку, а то я подумаю, что вы пришли еще раз избить меня, хха-хха-хха. Патрон умолк – голос у него был слабый, как писк комара, – из-под ворота пижамы выглядывала багровая кожа, под которой едва заметно билась жилка. Как только Патрон замолчал, нефтепромышленник, восприняв его слова как указание, широким шагом обошел кровать – и могучими бицепсами, и здоровым цветом лица этот хорошо сохранившийся пожилой человек являл собой полную противоположность. Патрону. Брезгливо надув губы, он отобрал у Мори металлическую палку и стал ее изучать.