угощала и даже хотела Дать напоследок ему и бессмертье, и вечную младость, Верного сердца, однако, его обольстить не успела; Как принесен был он бурей на остров людей феакийских, С честью великой его, как бессмертного бога, принявших; 340 Как, наконец, в корабле их он прибыл домой, получивши Множество меди, и злата, и риз драгоценных в подарок. Это последнее он рассказал уж в дремоте, и скоро Сон прилетел, чарователь тревог, успокоитель сладкий. Добрая мысль родилась тут в уме светлоокой Паллады: 345 В сердце своем убедившись, что сном безмятежным на ложе Подле супруги довольно уже Одиссей насладился, Выйти из вод Океана велела она златотронной Эос, чтоб светом людей озарить; Одиссей пробудился. С мягкого ложа поднявшись, сказал он разумной супруге: 350 «Много с тобой, Пенелопа, доныне мы бед претерпели Оба: ты здесь обо мне, ожидаемом тщетно, крушилась; Я осужден был Зевесом отцом и другими богами Странствовать, надолго с милой отчизной моей разлученный. Ныне опять мы на сладостном ложе покоимся вместе. 355 Ты наблюдай, Пенелопа, за всеми богатствами в доме, Я же потщусь истребленное буйными здесь женихами Все возвратить: завоюю одно; добровольно другое Сами ахейцы дадут, и уплатится весь мой убыток. Надобно прежде, однако, наш сад плодовитый и поле 360 Мне посетить, чтоб увидеть отца, сокрушенного горем. Ты ж без меня осмотрительна будь, Пенелопа. С восходом Солнца по городу быстро раздастся молва о убийстве, Мной совершенном, о гибели всех женихов многобуйных. Ты удалися с рабынями вместе наверх и сиди там 365 Смирно, ни с кем не входя в разговор, никому не являйся». Кончив, на плечи свои он накинул прекрасную броню, Сына с Филойтием, с верным Евмеем позвал и велел им Также Ареево в руки оружие взять и облечься В брони; то было исполнено; крепкою медью покрывшись, 370 Вышли они, Одиссей впереди, из ворот. Восходила В тихом сиянии Эос. Афина их, мглой окруженных, Вывела тайно по улицам людного города в поле. ПЕСНЬ ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ Эрмий тем временем, бог килленийский, мужей умерщвленных Души из трупов бесчувственных вызвал; имея в руке свой Жезл золотой (по желанью его наводящий на бодрых Сон, отверзающий сном затворенные очи у сонных), 5 Им он махнул, и, столпясь, полетели за Эрмием тени [319] С визгом; как мыши летучие, в недре глубокой пещеры, Цепью к стенам прилепленные, если одна, оторвавшись, Свалится наземь с утеса, визжат, в беспорядке порхая, — Так, завизжав, полетели за Эрмием тени; и вел их 10 Эрмий, в бедах покровитель, к пределам тумана и