Это было первое серьезное деяние, и самого Вацера Данфола, и Девятого Отдела в целом. Впоследствии «Девятка» стала для некоторых аристократов, особенно для тех, чья фамилия начиналась на «С», заклятым врагом, который не раз нарушал их планы. Например, лично Вацер Данфол руководил операцией, во время которой четверо молодых аристократов проникли в Церантон, королевский дворец Даэрон-Мерии. История запомнила только эту дерзкую четверку, во главе с теперешним главой Рода Вестфолен. И мало кто задумывается о том, как четверо молодых парней вообще смогли добраться до Даэрон-Мерии, потом до замка Меридис, проникнуть в набитую битком людьми Сейрусов крепость, а затем избегнуть наказания после того довольно кровавого прохода до тронного зала Церантона. Но баронет Данфол после этого стал полноценным бароном…

… Все было, как обычно. Виконта встретил старый управляющий, принял одежду Данфола. Старик служил в этом особняке всегда и, похоже, вообще не собирался умирать, пока особняк стоит. В последние годы старый Хорм несколько обижался на Вацера из-за того, что его любимица, Камилла, уехала в Академию, а потом и вовсе перешла в Гвардейский Корпус. И виконт Данфол откровенно опасался сообщать управляющему, что Камилла не только в Гвардейском, но и собирается на Стену…

… Зайдя в свой кабинет, состоящий их двух комнат, виконт буквально на мгновение замер. А потом стал делать то, что обычно делал. Прошел к «почтовому» столику, стал перебирать письма. При этом он, как бы невзначай, подходил к стене, возле которой стоял шкаф. А в шкафу имелся пехотный меч.

— Вижу, хватку ты не сильно потерял, Оматаси, — раздался голос из второй комнаты кабинета…

Вацер на мгновение замер. А потом с досадой выдохнул.

— Скажи, Лавр, тебе жить что ли скучно⁈ — ядовито спросил Данфол.

Он несколько раздраженно бросил на стол письма и чуть шаркающим шагом пошел в соседнюю комнату. Дверь в которую была полуоткрыта. Причем полуоткрыта больше, чем было, когда Данфол утром уходил из дома. Именно это и напрягло бывшего тактика Девятого Отдела. Противостояние с «лодочниками» было грязным, подлым и выработанные тогда привычки, например, запоминать, положение вещей перед уходом, буквально вплавились в мозг.

Вацер вошел в небольшой кабинет, окинул хмурым взглядом сидящего в гостевом кресле перед письменным столом Лавра Берриуса.

— Ну, что надо? — хмуро осведомился Данфол, проходя к своему креслу за столом.

— Как-то грубовато, Вац! — усмехнулся Берриус. — К тебе в гости пришел твой любимый командир, пусть и бывший. А ты хамишь.