Вот она преувеличенно аккуратно положила лист на стол, дернула щекой. И посмотрела на Хагера Аассена, который сидел на диване.

— Он объяснил, зачем ему это нужно? — глухо спросила императрица.

— А нужно объяснять? — негромко ответил Аассен. — Кто из тех, кто сейчас с нами рядом, с нами же не служили? Аринэль в этом совершенно прагматичен.

— Ставить учеников на острие атаки — это прагматичность? — сощурилась Нэйран.

Император сел прямо и его лицо оказалось в круге света светильника.

— Аринэль прекрасно изучил, как ты видишь, биографии Юлисы Эридис и Терона, — заговорил мужчина ровным тоном. — И хочет, по всей видимости, пойти этим же путем, попутно использовав эффект аналогии. И Нэйран, он не собирается рисковать нашей дочерью. Вспомни, какой у него ранг. У него и его сестры.

— Это уже называется цинизм, Хагер, — процедила императрица. — Аринэль Тайфол собирается сделать видимость, выходит.

— Этого, кстати, не хватает Брану, — спокойно произнес Аассен. — Он слишком ценит свою личную свободу. Аринэль же, как мнедумается, больше подходит на трон.

— Хагер, — Нэйран пристально посмотрела на мужа. — А если Аринэль Тайфол посчитает, что мы на своих местах не эффективны? Ему четырнадцать, все-таки. А юность склонна к радикальным решениям.

— В последний раз, Нэйран, мы с ним говорили о том, — Император снова откинулся на спинку дивана и его лицо скрылось в полумраке. — Какие группировки сейчас находятся у власти.

— Он сам об этом спросил? — недоверчиво произнесла императрица.

— И это самое интересное, Нэйран, — хмыкнул Аассен. — Он этим интересовался в разрезе, кто из детей из этих группировок, сейчас находится в Академии.

Нэйран в ответ хмыкнула.

— Он не собирается, как ты видишь, пытаться договорится с теми, — продолжил Аассен. — Кто сейчас в силе. То есть, идет работа в долгую. Аринэль собирается взойти на трон с уже подготовленным кругом.

— Это несколько… наивно, — чуть улыбнулась императрица. — Идеалистично.

— Направление-то верное, — возразил император. — И у него в распоряжении есть много времени. А самое главное, как я думаю, он понимает то, что Империя будет меняться.

— Ну, если так смотреть… — задумчиво произнесла Нэйран. — Но все же, зачем эта показуха?

Она жестом указала на лист бумаги.

— Во-первых, Нэйран, — ответил император. — Там много условий. Аринэль осторожен и это очень хорошо. Во-вторых, правящие лица, которые лично участвовали в военных действиях… Такой авторитет будет очень трудно пробить.

— Я поняла уже про эффект Белой Принцессы, — вставила императрица.

— В-третьих, это уже мое размышление, — Аассен усмехнулся. — Аринэль собирается показать своим свою же силу. На будущее. Чтобы они, если что, не колебались с выбором.