— Но там режим апартеида!

— У всех есть недостатки.

Женщина покачала головой.

— Ты готов на все ради наживы.

— И еще я комсомолец и хочу помогать никарагуанским коммунистам.

Астрид, раскрыв глаза, уставилась на мужа:

— Ты просто негодяй какой-то! Это же надо так вывернуться!

В этот момент в ресторане заиграла музыка. Подвыпившая публика выкатилась на небольшую танцевальную площадку. К их столику подошел черноволосый крепыш с явной примесью индейской крови. Его глаза нехорошо поблескивали.

— Могу я пригласить сеньориту на танец?

Мадс-Кеша поднял голову. Вечер перестал быть томным.

— Сеньора не танцует. Извини, амиго.

— А я настаиваю. Как и мои друзья.

Наглец кивнул в сторону столика, занятого небольшой компанией крепких молодых людей.

— Но мы не танцуем, Пидо, пэрдон.

Крепыш что-то глухо пробормотал и отошел с недовольным видом. Астрид вздохнула:

— Это колумбийцы. Охрана языки в жопу засунет.

— Сеньора, как вы выражаетесь? — Иннокентий сделал глоток и незаметно начал разминать плечи.

— Все по плану?

— Разумеется.

Зверская улыбка загорелого блондина не осталась незамеченной метрдотелем ресторана. И у него сразу появились неприятные предчувствия.

Вероника ушла первой. Незаметно. Чем вызвала нездоровый ажиотаж сидевших за столиком колумбийцев. Иннокентий цены знал и оставил на столе наличности с учетом чаевых. Он резко поднялся и уверенно направился к дверям. Наглый крепыш догнал его уже в вестибюле. Никаких киношных драк. Подсечка и крепкий удар по затылку. Оторопевшему «вратарю» Иннокентий с улыбкой сообщил:

— Амиго немного перебрал текилы.

Встретились они уже на улице, тут же нырнув в тень деревьев. Ночи в Панаме очень темные. Выскочившие на крыльцо ресторана подгулявшие колумбийцы несколько минут побегали взад-вперед, поорали о наглом гринго и убрались несолоно хлебавши.

Вероника тихонько хохотнула, глядя на ухмыляющегося до ушей мужа:

— Весело тебе!

— Но как технично мы смылись!

— И главное без полиции! Этот хмырь метрдотель уже набирал телефон. Больше сюда ни ногой.

— Да и мне тут не особо нравилось. Хочу на север или на острова. Городской шум уже порядком надоел. Может, взять послезавтра лодку и съездить тут рядом?

Они пересекли аллею и подошли к освещенному проспекту. Кеша поднял руку. Таксисты любили заезжих богатеньких туристов, потому вскоре поблизости остановилась машина с логотипом фирмы. Васечкин помог подруге сесть и обошел такси, не забывая просканировать улицу. Все было тихо. Как и должно быть. Впереди их ждут скромные апартаменты и жаркая ночная постель. Он уже в предвкушении приобнял женщину, как внезапно спереди на чистом русском языке произнесли совершенно неожиданную фразу: