Август первый взовьется. И от короля тебе влетит. Так что деньги в зубы — и пошла, коза!

Во-вторых, Джесу досталось от Аделаиды, когда он предложил ей этот вариант.

Дамочка заявила, что, если Альдонай спас ее ребенка и позволил ему уцелеть после побоев отца, — значит, это явно дело богоугодное. И ребенка она родит! А господин граф Иртон может катиться к Мальдонае. Она вырвет эту любовь из сердца.

А что досталось?

А вот то. Все вышеизложенное было выдано на ультразвуковых тонах истерики — и в Джеса еще кидались вазами. Не попали, правда. Но ведь и в ответ вломить было нельзя. Как-никак женщина, которая носит твоего ребенка.

В-третьих, написал письмо активизировавшийся Август Брокленд.

Начал за здравие, сообщил, что на верфях все спокойно и в делах Джеса — тоже. А вот закончил за упокой. Сообщил, что первое же ущемление прав его кровиночки — и Джесу будет оторвано то место, которым он думать изволит. После чего граф Иртон сможет смело идти в альдоны — в его благонравии не усомнится никто. И если Лилюшка ему весной хотя бы слово плохое скажет…

Цени, кретин! Она с тобой до сих пор не развелась. Хотя я бы тебя давно гвоздями приколотил вместо носовой корабельной фигуры.

И в-четвертых, пришло письмо от короля.

«Граф Иртон. Поражаюсь долготерпению вашей жены — пожалуй, ее пора причислить к лику Сияющих. Ваше письмо неприемлемо. Извольте написать еще раз и переслать мне на проверку, чтобы не допустить откровенных глупостей. И если до меня дойдут слухи о вашем некорректном поведении — пеняйте на себя. Мое терпение не безгранично. Эдоард Восьмой, милостью Альдоная король Ативерны».

И внизу собственноручно королем приписано (обычно подобные письма диктовались секретарю, чтобы король не тратил время на переписывание набело):

«Джес, начинай думать головой! Еще немного — и ты будешь первым в истории страны разведенным графом. И я на твою супругу не повлияю, еще и поддержу».

Стоит ли удивляться, что граф Иртон был зол и неудовлетворен жизнью? Последнее — особенно, поскольку придворные дамы, предупрежденные ее величеством (по просьбе того же графа Лорта), держались от Джерисона Иртона подальше.

Так что благородный граф пару раз уже прогуливался по борделям, срывая злость на проститутках. Рик ругался, но толку не было. Джес просто сорвался с цепи. И Рик подумывал сообщить отцу о существующем положении дел.

Рик честно отписал, что не в восторге от Анелии.

Эдоард же посоветовал приглядеться внимательнее. Поскольку соседи и лучше бы не ссориться. Нет, Ивернея его тоже вполне устроит. Но если Рик сам пока не знает… почему нет?