— Не может быть! Гэкхо не вмешиваются в разборки своих вассалов, это закон! — горячо возразил мне Маг-Псионик Авир-Син, на что я просто предложил Дипломату гэкхо сказать своё веское слово.
— Да, лэнг Комар говорит правду! Три ноды, на которые укажет Комар, защищены нашим протекторатом, и гэкхо действительно объявят войну любому агрессору, — подтвердил Дипломат сюзеренов, чем вызвал в рядах моих оппонентов сильнейшее смятение.
Авторитет повышен до 57!
— Кроме того, мой звездолёт рано или поздно будет восстановлен. И вот тут начнётся самое интересное… Нет, я вовсе не собираюсь нарушать подписанный договор и разрушать цитадели фракции «Ла-Фин». Вместо этого атакую из космоса ноды фракций «Ла-Варрез» и «Ла-Шин» — других соправителей человечества! А также ноды всех остальных магов, которые только найду! И поставлю всех этих влиятельных магов перед выбором: или их государства объявляют войну Второй Директории, или их фракции ждёт полное уничтожение в игре, искажающей реальность! Окончательная смерть в игре равнозначна смерти в реальном мире, так что маги-правители меня послушают — у них просто не будет другого выбора.
По тому, как не сдержал эмоций и витиевато ругнулся прославленный генерал («салом с задницы кобеля» тут далеко не ограничилось), данный ход для него стал неожиданным. Я, уже не скрывая довольной усмешки, усилил эффект от сказанного:
— Ах да, я же не сказал самого главного! Перед этим я выступлю с обращением к жителям магократического мира и, как глава Первой Директории и законный наследник семьи Ла-Фин, официального обвиню правителя Второй Директории генерала Уй-Така в кровавом теракте на похоронах великого мага Тумор-Анху Ла-Фина и попытке убийства моей супруги Минн-О Ла-Фин! Сколько государств сейчас воюет со Второй Директорией? Четыре, вроде бы, из трёх десятков имеющихся. Что же, вскоре врагов у генерала Уй-Така станет намного, НАМНОГО больше!!!
Глава четырнадцатая Подтверждение притязаний
Я ожидал от генерала Уй-Така самой резкой реакции на высказанные прямо в глаза обвинения: отрицания, ответной угрозы, возможно даже физического нападения на меня. Но огромный мускулистый гигант, не сводя с меня своих чёрных пронзительных глаз, откинулся на спинку кресла, скрестил могучие руки на широкой груди и… громко рассмеялся! Причём, я это сразу почувствовал, смех был вовсе не злорадным или ехидным, а самым что ни есть добродушным:
— Да, постращали мы с тобой друг друга! Приятно общаться с человеком, которого не напугать угрозами, и который отвечает ударом на удар! Люблю таких!