— Кто… уничтожил вашу расу? Как это произошло? — мой голос предательски дрогнул, так как вопрос был очень важным и касался, возможно, и самого человечества.

Лисичка, прежде чем ответить, не спрашивая разрешения, протянула лапу и взяла один из стеклянных сосудов с моего подноса. Сделала несколько больших глотков пузырящейся густой субстанции, по консистенции и запаху весьма напоминающей яблочное пюре. Осушив колбу с едой наполовину, запоздало замерла и посмотрела на меня.

— Не стесняйся, морф, угощайся всем, что тебе приглянется. Если будет мало, я ещё принесу.

— Спасибо, герд Комар, меня действительно давно уже мучил голод, — морф отложил опустевший сосуд и тут же взялся за другой, с кроваво-красной пахнущей цитрусами жидкостью.

Я и сам тоже не стал терять времени и по примеру нового знакомого приступил к поглощению пищи. Морф же, очень удачно копируя эмоции людей, тяжело выдохнул и ответил на ранее заданный вопрос:

— Нашу планету открыли клеопы около пятидесяти тонгов назад, и мы с большим воодушевлением вошли в игру, искажающую реальность, надеясь на новые знания и космические путешествия. Но положенный срок защиты быстро прошёл, клеопы оказались лишь вассалами более сильной расы миелонцев и не смогли нам помочь, а самим миелонцам до нас не было никакого дела. В игре нас смела свора мелеефатов, битва была короткой и безнадёжной. Одновременно с этим на орбите моей родной планеты появились бесчисленные звездолёты захватчиков — события в игре всегда отражаются и на реальности. Всё закончилось очень быстро…

Лиса на самом интересном месте закончила свой рассказ и достаточно бесцеремонно успела выхватить с подноса последнюю ёмкость с едой, когда я уже потянул было за ней руку. Ругаться я не стал, лишь попросил морфа никуда не уходить и вскоре вернулся с новым подносом, полностью заставленным едой. Стоила такая порция четыре крипто, что в переводе на валюту гэкхо означало двадцать восемь кристаллов. Да, дорого, но уникальная информация о звёздной политике и отношениях между космическими расами стоила намного дороже. Морф при виде добавки благодушно кивнул и продолжил:

— Сперва мелеефаты с нами обошлись более-менее терпимо, даже на какой-то срок включили в свою свору подчинённых рас, и мы старались доказать свою полезность, вместе с остальной сворой безжалостно порабощая и истребляя другие расы. Но потом хозяевам не понравилась наша способность принимать любой облик, и морфов поголовно истребили, объявив опасными паразитами. Остались лишь некоторые из тех, кто находился в игре, искажающей реальность. Они научились прятаться и путешествовать нелегально на чужих звездолётах, и своих детей также обучали этим необходимым для выживания знаниям. Сейчас морфы мало чем отличаются от НПС — нам некуда выходить из игры, реальный мир для нас потерян. На территориях мелеефатов и триллов морфов объявили вне закона. Здесь у миелонцев нас не преследуют, но тоже не слишком-то приветствуют.