— Хочешь узнать, как я настиг тебя? — продолжал действовать мне на нервы мелеефатский Шпион. — Потому что у тебя МОЙ корабль! Он уникален, он — предмет моей гордости! Многие его секреты так и остались тобой нераскрытыми. А я слышал каждое произнесённое на фрегате слово, следил за каждым твоим шагом, человек. Узнал про древнюю базу реликтов в системе H9045/WE и даже прибыл сюда первым. Не думаешь же ты в самом деле, что такой опытный Шпион не сможет покинуть торговую станцию Касти-Утш III? Мне это не составило никакого труда! Я даже прибыл сюда первым. Мы проверили тут всё, но ничего не нашли. И ты сделал это за нас!
Врёт про корабль! Я просканировал тут всё, но не нашёл никаких «жучков» и другой шпионской техники. Хотя… может не врёт? Откуда такая осведомлённость о моих секретах?
Защитный экран «Паладина Тамары» проседал прямо на глазах, особенно от попаданий орудий штурмового крейсера противников. «Мирошшш-пах II» — основной боевой корабль своры мелеефатов, сочетающий огромную огневую мощь и крепкий защитный экран, рабочая лошадка большинства звёздных конфликтов современности. Кстати, собирают такие звездолёты для своры мелеефатов на покорённом Тайлаксе.
Все мои попытки вывести системы прицеливания этого самого опасного из вражеских кораблей системами радиоэлектронной борьбы оказывались тщетными. Штурмовой крейсер продолжал стрельбу, и каждый его залп резко сокращал щит нашего фрегата.
Тридцать процентов. Восемнадцать. Семнадцать. Два процента…
Попытку запустить обе наши торпеды по вражескому крейсеру «Мирошшш-пах II» можно было расценить лишь как жест отчаяния — оба запущенных реактивных снаряда были уничтожены ещё на подлёте скорострельными орудиями крейсера. Всё, щита больше нет. Нам не пережить следующее попадание.
Вступивший в перестрелку Большой охранный дрон реликтов заставил выйти из боя второй фрегат-невидимку — тот не стал дожидаться повторения печальной участи собрата и ушёл в гиперпрыжок. Минус одна стазисная сетка на «Паладине Тамаре», наш фрегат стал снова разгоняться. Неужели спасёмся?
Но тут… Сперва я успел увидеть гибель своего дрона — Большой охранный дрон разлетелся от прямого попадания по нему из чего-то смертоносного и очень мощного. Затем досталось и нашему фрегату. От резкого удара я чуть не выпал из кресла и очень болезненно ушиб кисть левой руки о рабочую панель. В глазах потемнело от резкой боли. Кажется, сломал кости запястья. На звездолёте минул свет, и включилась характерная оповещающая о разгерметизации сирена. Чёрт! Всё-таки по нам попали!