Тропа, по которой мы шли, была под стать зданию. Выложена булыжником, с каменными столбами на перекрестках, на которых были прибиты дубовые таблички с обозначением, что в какой стороне находится. Примерно через каждые двадцать метров стояли скамейки. Тоже по виду сделаны из дуба. Мощные доски, кованые основания с гербом правящего рода на боках. Вдоль троп установлены фонари. И здесь постарались выдержать стилистику старинности и монументальности. Ну и про герб Шуваловых не забыли. Белый единорог гордо вставал на дыбы на макушке фонаря и, казалось, хотел спрыгнуть с него и помчаться вдаль. Смотрю, про такое понятие, как «пропаганда» и «привитие чувства патриотизма» конкретному роду здесь знают и активно применяют.

Сама территория была плотно засажена деревьями, но при этом чувствовалось, что за ней внимательно ухаживают: нет сухостоя, упавших стволов или валежин, даже трава аккуратно подстрижена не только рядом с тропой, но и в глубине рукотворного леса. Иногда деревья отступали от тропы, открывая вид на поляны, засаженные цветами. В таких местах скамеек уже было больше, а иногда и беседки встречались.

Вела Демидова меня минут пятнадцать. Наконец парковый лес расступился, и мы вышли к одноэтажному зданию. Это был явный «новодел». Никакого даже намека на старину, хотя и построено оно было из каменных глыб. Мраморные стены гладко отшлифованы. Окон нет. Крыша сложена из базальтовых плит, которые выпилили в виде вытянутых треугольников и сложили из них подобие купола с острой вершиной. На саму вершину установили огромный ограненный камень, выточенный из горного хрусталя. Он сверкал на солнце как гигантский алмаз, а Навигатор тут же высветил у меня перед глазами строчку:

Концентрация магического поля с коэффициентом Пантерса на 56% выше среднестатической нормы

— Мы пришли, — полуобернувшись ко мне, мило улыбнулась Инна, словно случайно сложив руки под грудью и подчеркнув свой то ли третий, то ли четвертый размер.

— А-ага, — слегка заторможено кивнул я, рассматривая необычное и монументальное здание.

— Идем, провожу тебя в сам зал, — махнула она рукой на теряющуюся на фоне каменных глыб небольшую дверцу.

Что примечательно, она была сделана не из дерева, а из металла. Внутри все стены этого «храма», почему-то именно такая ассоциация пришла мне на ум, тоже были сложены из чистого камня. Где-то также как и снаружи был мрамор. Где-то это были перегородки из песчаника, а в других местах его заменяли стены из гранита. Собственно само здание внутри были разделено на комнаты, каждая из которых и отличалась от другой материалом стен.