— Холодно, — брезгливо смотря себе под ноги, скрытые по колено водой, сказала Катя.

— Двигайся, согреешься тогда.

В проем под водой вдвоем мы не пролазили, и потому пришлось извращаться: сначала я нырнул и уцепился за стенки шахты, а затем Катя схватила меня за ноги. Перебирая руками, я двинулся вниз, молясь всем богам, чтобы девчонка не запаниковала и не стала мне мешать тащить нас в соседний тоннель. Но повезло. Не зря я заметил ее стальной характер. Она и тут не подвела, и была паинькой, словно не первый раз так в тоннелях катакомб плавает.

Когда мы оказались на другой стороне и я добрался до своего оставленного фонарика, девушка откровенно стучала зубами от холода, а моя рубашка прилипла к ее телу, лишь подчеркивая ее фигуру, нежели скрывая.

— Надо кровь с тебя стереть, — заметил я. — А то как ты на улице покажешься. Тут хоть вода есть.

— О-от-т-т… вернись, — простучала зубами Катя.

Выполнив просьбу девушки, стал прикидывать, что нам делать, если проводника все же не окажется в условленное время на месте? Как дверь вскрывать? Кста-а-ати…

— А ты маг? — спросил я, не поворачиваясь. — Какой магией владеешь?

Раз она аристократка, то должна иметь дар. Да и про академию упоминала, так что точно должна быть магом. По описанию в интернете, Сухомлинские в основном маги огня, но насколько она может управлять своей силой?

— Я м-маг огня п-первой ст-тупени.

— Чего ж тогда не согреешься с помощью своей магии? — тут же спросил я.

В ответ — молчание. Не удержавшись, я повернулся и увидел занимательную картину. В луче фонаря стояла мокрая красотка, которую словно пыльным мешком ударили. Настолько у нее было ошарашенное выражение лица. А затем от девушки пошел пар. Нет, все-таки ее спокойствие — это адреналин в крови, а не воспитание. Иначе бы она такую деталь не упустила.

— Спасибо, что напомнил. А сейчас — прекрати на меня пялиться.

Вот и отходняк пошел! Уже и шипеть начала, как та же Тамара или Инна. Но использование магии для и так истощенного потерей крови организма не прошло даром, и девчонка стала падать. Лишь в последний момент я успел её подхватить.

— Забирайся мне на спину, — приказал я ей. — Иначе не дойдешь.

Спорить она не стала, только ойкнула, когда я ее руками под голую попу подхватил, да посильнее прижалась ко мне. В мою спину уперлись приятные мягкие холмики. Так Катя еще и ногами мой торс обвила, чтобы не упасть, и заерзала, поудобнее целяясь. Ее ноги при этом иногда касались моего вставшего от ситуации и прикосновений красотки «дружка», распаляя его еще больше.

— Кобель, — сердито и смущенно пробормотала она мне в ухо, когда поняла, чего касаются ее ноги.