— Диана, вам лучше? Сможете завтра выйти?
Я поморщилась от громкого голоса Кожевникова — начальника аналитического отдела.
— Нет, Виктор Юрьевич, боюсь, я серьёзно слегла.
— Ой, да, слышу. Чёрт, что же делать… — Он забормотал в трубку, потом спохватился. — Ладно, выздоравливайте!
И отключился.
Я так и не поняла, к чему был этот звонок, но тяжёлая голова отказывалась работать. Да и сейчас мне это было ни к чему. Сами уж разберутся как-нибудь. На худой конец спросят Лёню. Он пусть и не блещет порой, но вполне соображает, что к чему. Да и работаем мы с ним практически вровень, за исключением разницы в уровне энтузиазма.
Но спокойно лежать мне не дали, и через пять минут раздался звонок уже от самого Лёни.
— Диан, аврал! Тебе придётся собрать себя в кучку и завтра приехать.
— Что у вас там такое? Лёнь, я серьёзно почти помираю. — Я сама слышала, как гнусаво звучит мой голос из-за насморка и першения в горле.
— Ты забыла, что у нас продвижение газет на носу?
— Так это только через пару недель ведь планировали. Чего сейчас-то гнать?\
— Аналитики сказали, что капец. Либо сейчас, либо газеты хоронить можно будет. Общее падение интереса к печатной продукции, и если у журналов ещё есть шанс, то газетам капут.
— Лёнь, ты же тоже маркетолог. Займись, тем более давно тебя не привлекали к активной разработке, пора бы уже.
— Диан, генеральный сказал собрать всех. Кажется, он боится, что в самом начале его правления один из отделов загнётся. А за такое Натаныч, хоть и взял самоотвод, по головке его не погладит. Так что сказали, чтобы завтра оба отдела были как штык. Без отговорок. Вроде бы даже Юльку из отпуска дёрнули. Зря она трубку взяла, когда Кожевников ей звонил.
— Скажи им, что я умерла. Я ходить-то не в состоянии. К тому же не хочу приехать и всех перезаражать.
— Диан, пожалуйста! Завтра меня же сожрут иначе. Инка бесполезная, она и не почешется, а я огребать за всех не собираюсь. Просто приедешь, посидишь в уголочке, накашляешь на генерального, он тебя и отпустит.
Я чуть не выронила телефон. Дэн сам будет присутствовать на собрании? А почему нет, если он же всех и собирает. А Лёня, не зная уже как меня уговорить, воскликнул:
— Я тебе такси вызову! Диан, да я за Инкой разгребать буду ближайший месяц! Только не подставляй.
Последний аргумент был очень уж заманчивым. Я согласилась и пообещала к девяти быть на месте. И только когда мы распрощались, до меня дошло, что лучше бы я сейчас была где-нибудь в инфекционной больнице, откуда меня точно не выдернули бы. Как в моём состоянии я смогу выдержать присутствие Даниила Германовича, я понятия не имела.