Настю тетя Эля любила, но по-своему, как домашнюю зверушку. Дарила модные шмотки и новый виртфон, чтобы было, как «у всех детей из хороших семей». Когда тети Эли не было дома, Валька любила пользоваться ее косметикой и украшениями, коих было столько много, что не помещались даже в большой шкатулке, поэтому тетя Эля их убирала в сейф. Но Валька подсмотрела код и иногда позволяла себе почувствовать себя «дамой из высшего общества». Она даже притащила в детдом сережки, чтобы рассказать всем, что ее «новая мама» подарила их Насте на День рождения. Сережки были самые простые — серенькие с маленькими прозрачными стеклышками. И какая-то сука малолетняя их сперла, пока "новая хозяйка" ювелирке отвлеклася, захлебываясь очередным враньем, развешивая лапшу на уши доверчивым подругам. Повезло же девке, есть мам ит БОГАТАЯ!

Настя думала, что тетя Эля даже не заметит такой незначительной пропажи, но кто же знал, что они из платины с бриллиантами, созданные рукой брендового ювелира и ценой в десятки тысяч долларов.

— Настя, признайся честно, ты взяла?

— Нет, не я тетя Эля.

— Тогда это сделала Вера Никифоровна, ну не воооры же к нам пронииикли? — нараспев, нудным голосом вела допрос тетя Эля. — Придется уволить, а такая хорошая домработница была, кто бы мог подумать, что воровкой окажется.

— Не увольняйте ее, это не она взяла. Это я сделала.

— Зачем? И где сейчас серьги?

— Я их продала, чтобы купить сладостей, — Настя не могла сдать сучек-воровок, все-таки подруги из детдома, западло это. Да и если честно, воровали все, но не у своих же. «Узнаю кто, прибью тварь!»

— Где продала?

— На улице дяде, он мне за них тысячу рублей дал.

— Ясно… Врешь ты мне и правды от тебя не добьешься. Поди наркотики принимаешь? Ну, это твое дело. Сережек только жалко, хотя они уже и не в тренде, но Ксения готова была за них 12 тысяч зеленых отдать… Анастасия, ты же понимаааешь, что больше жить со мной не полууучится. За ворааавство нужно отвечааать. В полиция я тебя не сдам, да и толку, ты несовершеннолееетняя. Но вернувшись в детдоооом подумай, чего ты лишииилась…

Настя подумала. Даже пожалела, но не долго. «Старшая сестра» Лялька правильно сказала: «Лучше жить на воле, чем в золотой клетке». У тетя Эли было хорошо, но как-то все искусственно, дома (в детдоме) хоть и не так богато, но все настоящее.

В тринадцать лет Настя ждала получения паспорта, чтобы изменить имя. Ей надоело быть Анастасией, не актуально, как бы сказала тетя Эля. Подумаешь, принцесса — ненастоящая и самозванка. В 13 лет Настя мечтала стать скандинавской девой битв или, на худой конец, амазонкой. Валькирий она видела на картинке. Сногсшибательно красивые женщины буквально источали силу. Таких точно не бросит мать, и они никогда не оказались бы в детдоме. Они бы порвали всех! Валькирий Настя услышала и в музыке Вагнера: «Татататада, татататада»… С тех пор его «Полет Валькирий» стал ее гимном. А новое имя она уже подобрала из списка имен крылатых дев Одина. Она будет Кара, что в переводе означает «дикая и бурная». Да, именно такой она и станет. Но, встретив Ива, стала Валькой. А что, тоже не плохо!