… Трава давно пожухла и перебралась жить на другое место. И теперь булыжник, заметно сократившийся в изначальных размерах, вновь приспосабливался к изменившимся условиям. Прошло уже, наверное (кто бы считал) тысячу лет, с момента, когда он вышел на свет из недр земли раскаленной лавой. Как и у всего живого, даже камень имеет молодость, зрелость, старость и физический конец…»
Ив тряхнул головой, отгоняя (иллюзию?) увиденное. Он только что за несколько секунд пережил вместе с камнем многие годы. Он был, знал, чувствовал, как этот самый булыжник. И тугие струи дождя, и скорость течения реки, и момент падения во время броска. Он помнил то, чего не должен был помнить. Разорвав контакт, Ив лишился и видений. Но ощущение шока от всезнания, еще долго не оставляли его. Теперь Ив понимал до зубной боли, что этот мир не только РЕАЛЬНЫЙ, но еще и ЖИВОЙ. Он почувствовал его самым, что ни на есть настоящим, несмотря на все заверения о его искусственном происхождении. Иву и раньше это говорил Велес, но одно дело слушать и соглашаться, принимая чужую догму, а другое — погрузиться в нее с потрахами. Почувствовать на своей шкуре.
— Спасибо, Гугл, — прошептал Ив, постепенно приходя в себя.
— Не за что, обращайся, — ответил единорог и продолжил в своем репертуаре:
«Я тебя оберегу,
Чем сумею — помогу.
Гугл многое познал.
Он теперь ученым стал.
Рог витой по середине
По бокам крыла литые.
Не единорог — орел…»
Маунт на секунду задумался, чтобы найти рифму, но этой паузы хватило Иву вставить свой вариант финала:
«…Снова лишнего наплел.
Скромность многих украшает,
Хвастовство же раздражает.
Мудрость любит тишину,
Объявив трепло войну.
Но «спасибо» заслужил.
А совет твой — удивил.
И за это, друг копытный,
Ты получишь завтрак сытный».
Ив поднес единорогу овса, из старых запасов сумки. Он уже забыл про него, Гугл сам находил пропитание. А теперь теплые губы коняшки нежно брали зерно с ладони, было приятно и спокойно.
«А может и правда побрататься с ним?»
Глава 14: Затишье перед бурей
Любая буря всегда начинается с тишины. Перед молниями воздух наполняется зноем и духотой. Это чуть позже небо заволакивают тучи, начинает дуть свежий ветер и появляется особый запах от озона, чтобы после миру взорваться тугими струями ливня, исчеркать небо эклектическими разрядами, от которых закладывает уши, валить с ног ураганом. Но предшествует этому приходит тишина.
Даже солдаты, которым довелось побывать на войне, рассказывают, что перед атакой всегда затишье. И чем оно длиннее, тем яростней будет бой. Бывает так тихо, что можно услышать стрекот кузнечика с нейтральной полосы. От этой тишины даже закладывает уши. Люди словно копят силы, приводят мысли в порядок, прощаются мысленно с родными и близкими. Ведь скоро разразится ад. Атака всегда сопровождается артобстрелом. Скоро земля вздрогнет от взрывов вражеской артиллерии, падающих с голубого неба бомб и плевков минометов. И тогда хочется врасти в почву, как делают это корни деревьев. А окончательно оглохнув и вытащив морду из перепаханной земли, ты с удивлением замечаешь, что в твоем окопе не только друзья, но и враги, падающие сверху тебе на голову. Началась рукопашная, пошли в бой ножи, штыки и саперные лопатки. Но это будет позже, сначала приходит тишина, которая ценится на войне на вес золота…