– Да коль помрет без мучений – и то большое дело будет, девонька.

Для более развернутой диагностики надо было снимать повязки, но этого до осмотра, который собирался проводить сам Александр Моисеевич, никто делать не стал бы. А ей уже пора было отправляться.

В расположение армейского управления Вилора добралась только к обеду. Доложившись уже знакомому полковнику (или, вернее, военврачу первого ранга) Геловани, Вилора стойко выдержала очередной натиск горячего кавказского мужчины, после чего тот, слегка успокоившись, сообщил ей, что завтра он соберет врачебную аттестационную комиссию, а послезавтра ее ждет уже армейская аттестация. Ну, или чуть позже. Война ведь, кто знает, удастся ли с первой попытки собрать необходимый кворум. А пока ей нужно выдвинуться в расположение армейского эвакогоспиталя и встать там на довольствие. Ну и еще он советует познакомиться с местным руководством и персоналом, поскольку большая часть врачебной аттестационной комиссии будет сформирована именно на базе личного состава эвакогоспиталя.

Едва Вилора добралась до эвакогоспиталя, как тут же выяснилось, что ее уже ждут.

– Военфельдшер Сокольницкая? – встретила ее сестра-хозяйка, к которой она прибыла со своим аттестатом. – Вас начальник госпиталя просил зайти, как появитесь.

Начальником госпиталя, как выяснилось, была военврач второго ранга Баженова. Когда девушка, постучав, вошла в ее кабинет, ее глазам предстала высокая, но при этом страшно худая женщина с некрасивым, но породистым лицом, сидевшая за большим столом, заваленным папками с историями болезни, и курившая папиросу, вставленную в длинный костяной мундштук. Если бы не белый халат и место, где она ее увидела, Вилора бы никогда не догадалась, что перед ней военврач и большой начальник. Так должны выглядеть актрисы или поэтессы, ну, или, на крайний случай, скульпторши или художницы. Причем работающие в каком-нибудь новомодном стиле, типа экспрессионизма или кубизма.

– Сокольницкая? – голос у начальника госпиталя оказался глубоким, но хриплым. Возможно, из-за пристрастия к курению. – А ну-ка рассказывай, что ты там натворила с этими своими спицами?

– С ка… а-а, это не спицы. Это иглы. Это акупунктура – активизация внутренних резервов организма с помощью воздействия на определенные органы. А что, вам звонили из нашего госпиталя?

– Да уж звонили, – усмехнулась Баженова. – Ваш Александр Моисеевич буквально кипятком ссыт. У него майор лежит, с обширными ожогами…

– Я знаю, – не выдержав, перебила ее Вилора, но тут же покраснела и извинилась: – ой, простите…