– Слушай, ты и впрямь собралась покорять эту ледяную пустыню под названием Сибирь? – округлив глаза до размера кофейных блюдец, прошептала моя худосочная подруга Ксюша. Она смотрела на меня так, будто я только что призналась в намерении выйти замуж за йети.
Я же, не удостоив ее долгим взглядом, лишь загадочно хмыкнула. Мой рот тем временем был занят делом государственной важности – дегустацией нежнейшего кусочка пирожного с воздушным кремом. Отправив сладкое блаженство по назначению, я промокнула губы салфеткой и со спокойствием удава повторила:
– Угу. Впрямь решила.
Вдаваться в подробности нашей фундаментальной разницы во взглядах на мир мне категорически не хотелось. Это все равно что пытаться объяснить квантовую физику хомячку: бесполезно и энергозатратно. Как могут понять друг друга стройная лань, питающаяся росой и мечтами о селфи, и пышнотелая хохотушка, чей жизненный девиз: «Все лучшее – себе и побольше»?
Но Ксюша была бы не Ксюшей, если бы не попыталась пробить брешь в моей броне железобетонной логики.
– Ну что ты выдумываешь-то? – она картинно закатила глаза к потолку, рискуя свернуть шею. – Только не говори, что мужиков тебе тут мало! Их же как грязи после дождя!
Я тяжело вздохнула, отставляя пустую тарелочку. Пришло время для лекции о тонкостях женской души.
– Да в том-то и проблема, Ксюшенька, – протянула я, прищурившись и продолжая давить на проблему окружения, не смея винить себя в ней. – Мужиков полно, но все они... бракованные. Не той системы.
Подруга театрально ахнула, прикрыв ладошкой рот:
– И что же с ними не так? Они инопланетяне? Или у них аллергия на борщ?
– Ой, милая моя, а то ты сама не видишь, – я горестно всплеснула руками и обвела зал кафе широким жестом полководца, проигравшего битву за любовь. – Ты посмотри на этот паноптикум! Взгляни на этих бледных юношей с глазами оленят Бэмби! Они ведь все не про меня. Абсолютно.
Я наклонилась ближе и перешла на доверительный шепот:
– Они худые, слащавые, жеманные. Смотрят на меня так, словно я сейчас одним взмахом ресниц раздавлю их хрупкую самооценку, а потом съем их последний аванс вместе с банковской картой. Эти мальчики ходят в качалку, чтобы втиснуться в свои узенькие брючки-скинни, и хотят видеть рядом с собой такую же дистрофичную газель без намека на целлюлит. А я, извини, создана из другого теста. Я – женщина-гедонист, мне нужен кто-то посолиднее!
– А тебе что же подавай: что-нибудь фундаментальное, с животиком? – подруга Ксюша, вооружившись вилкой как указкой, деликатно, но беспардонно ткнула ею в мою сторону. Ее голос сочился ехидным сочувствием. – Наверняка ведь и среди этих субтильных экземпляров когда-нибудь сыщется ценитель твоих... монументальных форм.