В считанные мгновения расстояние до земли увеличилось в разы, и не успел я опомниться, как мы с женами теснились на скоплении ветвей всего в нескольких метрах от края одной из платформ.
— Дальше кто-то должен пойти первым, — предложила Иляна, оглядываясь через плечо на меня из своего согнутого положения. — Нужно убедиться, что там нет угрозы.
— Я первый, — сказал ей. — Просто держитесь позади на случай, если что-то пойдет не так.
— Почему мы задерживаемся? — крикнул снизу Светан.
— Можешь быть отдохнувшим или мертвым, — крикнул я в ответ.
— Тише будь, сейчас проверим это «гнездо». Ты же вроде понимаешь в стратегии.
— Моя стратегия — выбить дверь и махать мечом. Советую тебе поступить так же, пока ты сидишь наверху.
— Отличная стратегия для самоубийц, — отозвался с усмешкой, показав ему средний палец через плечо.
— Что это? — спросил Светан. — Что за жест?
— Это означает «спасибо».
Я осторожно протиснулся мимо Иляны и Лары, балансируя на выступе сломанной ветки и готовясь к прыжку.
Нужно было всё рассчитать идеально. Один просчет в технике прыжка, и полечу камнем вниз. Не лучшее время демонстрировать акробатические навыки перед солнцепоклонниками.
Я раскачался, поставив одну ногу на ветку, а другую на платформу, затем рванул вперед.
Носок моей ноги достиг края, а одна из моих протянутых рук едва смогла ухватиться за более высокую ветку, что позволило мне подтянуться наверх.
Мысленно вытер пот со лба, но времени поздравлять себя не было. Как только убедился, что опора надежная, вытащил меч и осмотрел наблюдательный пост.
Он располагался между двумя ярусами ветвей прячась в зелёной листве.
Доски были достаточно прочными, протянувшись через несколько деревьев и обвиваясь вокруг стволов. Получался сложный домик на дереве, предлагавший безопасное место для отдыха.
Спрыгнул на платформу. Держа меч перед собой, я двинулся вдоль настила…
Глава 24
Я осмотрелся. Прямой угрозы не было, но воздух стоял густой и неподвижный. Было ощущение, что совсем недавно тут кто-то был. Осторожно двинулся осматривать это «гнездо». Дикари ушли отсюда совсем недавно, оставив после себя лагерь, примитивный и жестокий в своей простоте.
Груды смятых веток и папоротника, служившие лежанками, источали кислый, едкий запах пота, сырости и прелой листвы. В кучах хвороста и прелых листьев белели обглоданные до зеркального блеска кости какого-то крупного зверя, возможно, оленя.
Рядом, в грязи, валялся обломок копья с грубым, неровно обточенным кремнёвым наконечником и ржавый топор, брошенный с безразличием. Лезвие глубоко, на несколько миллиметров, вошло в толстые доски настила — видимо, его проверяли на прочность или просто вымещали злобу.