Затем он поискал что-то вокруг себя, нашел палку, которую поднял за конец, встряхнул, а затем направил на влажную землю.

— Вот здесь наше поселение, — Галичье…

— Теперь Волот, — перебил его. — Я только что заявил права на эту землю, помнишь?

— Ах да, действительно… — продолжил он, делая небольшой крестик на мокрой грязи. — А вот земля поселения, о котором идет речь. — появился еще один крестик, примерно в метре от предыдущего. — Они в нескольких километрах к западу от Серохолмья. Насколько знаю, мой старый хозяин встретил их каким-то случайным образом, а затем заключил сделку по лазурику.

— По какой цене он торговал всем этим?

Прохор снова открыл свою приходно-расходную книгу и ткнул пальцем в нижнюю часть страницы.

— 18 000 золотых. Ну, 18 493, если быть точным, но все же…

Я постарался сохранить невозмутимое лицо, двигая глазами в голове как хамелеон, пока бросал взгляды на Кузьму и жен. Все они выглядели так, будто старались делать то же самое, кроме Иляны, которая просто была счастливой, как и всегда.

— Это… интересно, — сказал я, стараясь быть безразличным. — Когда они планировали заключить сделку?

— Через четыре дня когда солнце будет в зените, при условии, что мой счет времени, пока я прятался в том подвале, был правильным. Они намеревались встретиться здесь, — Прохор вернулся к своему грязевому рисунку и нарисовал третий крестик, слегка смещенный от центра между двумя символическими местоположениями. — Есть поляна в лесу к западу отсюда, сразу за Серохолмьем. Так мне сказал мой старый хозяин.

— Верига не брал тебя с собой туда?

— Я никогда не ходил с хозяином во время его сделок, поэтому понятия не имею об их характере.

— Понятно…

Это сразу же включило тревожные звоночки в голове. До сих пор я встречал только дружелюбных жителей этой земли — кроме Вериги и его поселения — но я не мог не вспомнить, что он сказал мне прямо перед тем, как попытался убить, а я вогнал скрытый клинок ему в шею.

Он намекал, что я строю из себя излишне щедрого демократичного лидера, но нужно снять розовые очки и понять, как устроена жизнь в Полесье. Иначе рискую оказаться в рабской клетке, как другие наивные идиоты.

— Итак… Думаю, это все, что мне нужно знать.

— Я рад, что смог быть полезен, — улыбнулся Прохор.

— Я ценю это, но возникает один вопрос… Что теперь делать с тобой, когда у меня есть все, что мне нужно?

Улыбка Прохора исчезла в одно мгновение, когда он посмотрел на нас пятерых.

Черт, назовем это шестерыми. Даже Кузьма выглядел так, будто зловеще возвышался над трясущимся гоблином.

Это был подлый ход, так поступить с ним, особенно учитывая, какой слабый был гоблин, но парень встретил меня выстрелом арбалетного болта в голову, так что я чувствовал, что небольшое запугивание было оправдано.