казалось теперь каким-то чужим, будто оно принадлежало другому миру, где чашки не хранят символы из стен метро. Она сделала глоток. И вдруг увидела. Не картинку, не воспоминание, а скорее ощущение: тёплый ветер, сухая земля, ряды кофейных кустов под ярким солнцем. И рядом — женщина в широкополой шляпе, она смеётся и говорит кому-то: «Этот урожай будет особенным. Он заберёт часть моей памяти, но даст кому‑то надежду». Картинка исчезла так же внезапно, как появилась. Лера поставила чашку, будто обожглась. — Всё в порядке? — спросила Алина, слегка нахмурившись. — Да, — быстро ответила Лера. — Просто… слишком крепкий. Но Алина уже снова говорила про посты, про сторис, про конкурс с призами. Лера кивала, делала вид, что записывает идеи, а сама пыталась унять дрожь в пальцах. Когда клиентка на минуту отлучилась к бариста, чтобы проверить новый сироп, Лера схватила телефон — тот самый, который утром спрятала в ящик, а потом всё-таки взяла с собой, потому что без него она чувствовала себя глухой и слепой. Экран загорелся, и вместо привычного рабочего чата там снова было уведомление: «Ты нашла первый след. Смотри на отражения». Имя отправителя по-прежнему отсутствовало. Лера огляделась. Зеркала в кофейне не было, но были витрины, стеклянные перегородки, блестящая поверхность кофемашины. И в каждом отражении город будто чуть-чуть смещался. В стекле напротив Лера увидела не свой обычный силуэт, а тень, которая двигалась не так, как она. Тень чуть отставала, будто жила по своим часам. А потом в отражении мелькнуло чужое лицо — на долю секунды, как сбой картинки. Лицо мужчины в длинном пальто. Проводника. Он смотрел прямо на неё. И кивал, будто подбадривая: «Ты на верном пути». А потом отражение снова стало обычным. Только Лера знала, что видела. — Так, я тут подумала, — Алина вернулась, поставила перед Лерой маленькую тарелочку с печеньем и села напротив. — Может, мы сделаем не просто посты, а мини‑сериал? Типа, каждая чашка — это новая история. С легендами, с тайнами… Лера с трудом сфокусировалась на её словах. — Можно, — пробормотала она. — Но… ты правда хочешь именно мистики? Алина рассмеялась. — Ну, лёгкой. Чтобы люди думали: «О, как красиво», а не «Я теперь боюсь пить кофе по ночам». «А я уже боюсь», — хотела сказать Лера, но вместо этого улыбнулась и открыла заметки. Пока Алина рассказывала про цветовую палитру для сторис, Лера незаметно достала жетон из кармана и положила его на стол под салфеткой. Металл был холодным и тяжёлым, как будто в нём хранилось больше