Помолчали. Мацуда явно в задумчивости, а я просто довольный, что экзекуция откладывается. Да и что я должен сказать? Смысл начинать оправдываться, когда обвинений ещё никто не предъявил? И вообще, хорошо сидим, душевно…

— Вы, наверное, догадываетесь, по какой причине я вас вызвал, мистер Форрестер? — прервал, наконец, молчание кадровик.

— Без малейшего понятия, — помотал я головой, окончательно определившись с тактикой: буду всё отрицать.

Как показала практика, чистосердечное признание вовсе не облегчает наказание. Наоборот, зачастую усугубляет. А оно мне надо? Правильно, оно мне не надо.

— Хм… признаться, от вас я такого не ожидал, — поджал губы и прищурился (хотя куда уж больше?) Мацуда. — Как это у вас, русских, говорится: ушли в от-ри-ца-ло-во? — тщательно выговорил он.

— Не у всех, Мацуда-сан. Только у отдельной не самой законопослушной категории.

— Но сам факт не отрицаете? — поморщился мой собеседник.

Ну да, опять на него перегаром… а что делать? Стерва-секретутка попить не дала, так что пусть теперь её босс мучается.

— Я просто пока не очень понимаю, что именно я должен отрицать, Мацуда-сан. Хотелось бы узнать, что конкретно мне… э-э-э… вменяется? В чём меня обвиняют? В некомпетентности? В нарушении трудовой дисциплины? В саботаже, быть может?

Ну-ка, попробуй, возрази! По всем трём пунктам не виновен. Порученную работу выполняю, в рабочее время не косячу, в сознательном вредительстве тоже не замечен.

— Никто вас не собирается ни в чём обвинять, мистер Форрестер, — вздохнул кадровик. — Я даже не имею намерения вас распекать. Прошу, воспринимайте наше сегодняшнее общение, как… ну, скажем, воспитательную беседу. Или, скорее, сеанс психоанализа. Я прежде всего хочу вам помочь, Генри.

— С чего такая щедрость? — удивился я. — Я же рядовой инженерно-технический работник, нас в Мэйнпорте как грязи.

— Отнюдь, Генри. Не нужно принижать собственных достоинств. Вы далеко не рядовой технарь. Вы наш довольно дорогостоящий актив. И проблема в том, что на текущий момент вы не оправдываете наших ожиданий.

— В плане⁈ Или вы, Мацуда-сан, намекаете на моё неподобающее поведение во внерабочее время?

— Ваш моральный облик меня тоже волнует, но куда меньше, чем ваша эффективность как кризисного инженера, — развил мысль кадровик. — А она, давайте откровенно, сейчас нулевая. Вы действительно рядовой технический специалист, не более. Подчеркну: очень дорогостоящий специалист. Мы вложили в вас много средств, как материальных, так и финансовых, но отдачи нет.

— Так вы за этим меня вызвали, Мацуда-сан?