… в последний момент «дикий» насторожился — видимо, мелькнуло у меня что-то такое во взгляде — но предпринять ничего не успел: я от души боднул его в нос, для верности ещё и дёрнув на себя за кожаную жилетку. Отчётливо хрустнуло, «дикий» отшатнулся, но отпускать его я не собирался — захват за затылок, протяг на себя, удар коленом в живот… теперь другим… и ещё… и ещё… и ещё! Классика муай-тай всегда классика, особенно если последним ударом зарядить обмякшему врагу в голову. Один готов. Если даже и не вырубился, то с раздробленными рёбрами и свёрнутой челюстью уже не боец. Сколько там ещё? Десять? Двадцать? Выходи по одному, мрази!..
Второго телохранителя, бросившегося на меня с мачете, я, к собственному удивлению, встретил техникой дзю-дзюцу, которую толком ещё не освоил. Но в критической ситуации тело справилось без участия мозга: блок, удар в кадык, шаг, поворот, рывок на себя, скручивание… и вот уже «дикий» катится по утрамбованной пыли в одну сторону, причём с переломанной в двух местах рукой, а блестящий клинок летит в другую.
Теперь передо мной остался только главарь, на лице… то есть роже которого играла предвкушающая ухмылка: мои геройства он явно оценил. Но, к моему изумлению, за ствол хвататься не стал, а просто и без затей обрушил на меня размашистую оплеуху, удивительно точно просчитав дистанцию. Вот только моей реакции не учёл, да и откуда ему знать-то? И в результате словил левый боковой в челюсть, поскольку от его удара я легко ушёл стандартным нырком, оказавшись в наивыгоднейшей позиции для контратаки. Правда, теперь настала моя очередь охреневать — такое ощущение, что я попал по скале. Хорошо, руку в запястье не сломал, только стесал кожу с костяшек. Тем не менее, главарь отшатнулся, и я незамедлительно воспользовался шансом, вложившись всей массой во фронт-кик, угодивший ему прямо в солнечное сплетение. Это, наконец, подействовало — «дикий» с донельзя изумлённым видом сел на задницу. Но и мне развить успех не удалось: сзади что-то тяжёлое ударило под колени, и я тоже растележился в пыли. Подобрались с тыла, твари. И это явно кто-то из грузчиков. Ну а потом мне только и оставалось, что сжаться в позе эмбриона и принимать безжалостные пинки, которыми меня засыпали сбежавшиеся на шум «дикие», на рёбра, предплечья и затылок… ну и молиться, чтобы всё это побыстрее закончилось. Пересилить рефлексы и осознанно подставиться под удар я не смог, хоть и прекрасно понимал, что лишь продлеваю собственную агонию.
Глава 3−2
-//-
Разрез «Северный» — Мэйнпорт, где-то в дороге, 04.06.23 г. ООК