— Ладно… всего хорошего, мистер Пимброк.

— Всего хорошего, Генри.

Вот и поговорили…

И ведь что хуже всего, я против воли постоянно обдумывал идею старого педрилы, и с каждым часом находил в ней всё меньше и меньше отрицательных моментов. А когда Диего принёс заказанную пару пива, практически уже убедил себя, что нужно, обязательно нужно провентилировать этот вопрос! М-мать, ненавижу психологов! Стоит только подпустить чуть поближе, и сам не заметишь, как они уже тебе в душу заглянули. И хорошо, если не плюнули или не нагадили. Ладно хоть, Кэм во внеслужебное время ничем подобным не занимается. Или я просто не замечаю, считая все её загоны стандартными бабскими тараканами в башке? Н-да, без пол-литры не разберёшься. А у меня как раз вторая кружка практически нетронута… эх, хорошо!..

— Хей, Олежек! — жизнерадостно рявкнул над ухом кто-то.

И ладно бы просто рявкнул, так ещё и по плечу хлопнул, отчего я поперхнулся пивом и едва не выронил кружку.

— Вов, ты дурак⁈ — с трудом сдержав ругательство, рыкнул я.

Действительно, а кто бы это ещё мог быть? Так огреть меня по плечу, да и обратиться по-русски… на такое способен только один из моих знакомых — Вова. Которого я, собственно, и дожидался. Рановато он сегодня.

— А чё сразу дурак⁈ — жизнерадостно заржал тот. — А ты всегда на эту хохму попадался, ещё тогда, в студенчестве. Помнишь?

— Угу, — булькнул я пивом. И щёлкнул пальцами, грохнув кружкой по столу: — Диего! Ещё парочку!

— Спасибо, — благодарно кивнул Вова, усевшись за столик напротив меня. — Что-то умаялся я сегодня.

— Это мне, — обломал я его. — Себе сам заказывай.

— Ты чего, Олег⁈ — состроил непонимающую рожу Вова.

— Это тебе в наказание. Нефиг было так пугать.

— Жмот! — констатировал мой приятель. — О, Диего! Мне тоже парочку неси, только нормального лагера, а не этого пойла!

— Да, сеньор, — не стал спорить официант.

Да и с чего бы ему? Кассу делаем? Делаем. Не буяним? Не буяним… пока. И крайне желательно, чтобы не буянили и впредь. А для этого нужно что? Правильно — всячески нас ублажать. Например, оперативно менять опустевшую посуду и подносить одноразовые тарелки с закусью — всякими местными копчёностями, засушенными до каменной твёрдости. Я поначалу даже возмущался, но потом привык и убедился, что лучше к пиву и не придумаешь. Вова, что характерно, относительно закуски придерживался аналогичного мнения.

— Чё, как сам-то? — поинтересовался он первым, как только получил свою порцию пойла. — Начальство сильно гнобило?

— По поводу? — притворно удивился я.

— Ну, мы же позавчера покуролесили чуток.