К счастью, не вышло. И на некоторое время Горчаков вынужден был уползти обратно в русло государственных интересов, зализывая полученную рану. А поскольку дипломатом он был действительно гениальным, то и пользу приносил. До тех пор, пока бисмарковская Пруссия не решила разорвать в клочья Францию. Тогда и началось «на колу мочало»! Попытка повлиять на императора Александра II, чтобы тот, в свою очередь, воздействовал на короля Пруссии. Обломилось. Попытка лишить Пруссию дипломатической поддержки со стороны Российской империи. Тоже мимо! Александр Николаевич не забыл поражения в Крымской войне, поддержку Францией польского восстания и унижения в Париже, что последовало за неудавшимся покушением.

Не вышло тогда, зато вышло потом. Тогда, когда уже не Пруссия, но Германская империя, созданная «железом и кровью», решила окончательно сокрушить ранее ослабленную и уже республиканскую Францию. И тут-то Горчакову удалось то, на что он уже явно и надеяться перестал! Канцлер Российской империи — по сути, второе после императора лицо в управлении государственной машиной — после долгих увещеваний сумел убедить монарха сделать то, что шло вразрез с интересами империи. Россия поддержала своего исконного врага, Францию, против очень длительное время дружественной ей Пруссии, к тому времени ставшей Германией. И не просто одноразово это сделала, а ещё и с заключением союза. Союза, который был для России не то что лишним, а откровенно вредным. Что и показала дальнейшая история. Франция НИ РАЗУ не поддержала Россию по существу, да и во время Первой мировой использовала её лишь как щит из пушечного мяса. А потом просто кинула, охотно признав большевиков.

Впрочем, не о Франции сейчас речь, а о её давнем доброхоте, светлейшем князе и канцлере Российской империи Горчакове. И о тех пакостях, которые он продолжал устраивать. Да-да, это было далеко не всё. Далее была публичная поддержка террористки Засулич, покушение которой на градоначальника Трепова стало первой ласточкой в серии терактов, совершенных разного рода революционерами. И не в последнюю очередь из-за чрезвычайного попустительства канцлера.

Это был далеко не полный список его грехов, но и этого вполне достаточно. Да, сейчас он ещё не успел почти ничего совершить. Вот только сильно я сомневаюсь, что старый пройдошистый франкофил и либералолюб каким-то чудом изменится. Так что насчёт князиньки я ничуть не обольщался. Понимал, что он НИКОГДА не будет доброжелательно относиться к Конфедерации, которая не только была далека от либерализма, но и двигалась шаг за шагом в обратную сторону, то есть от республики общенародно-олигархической к чему-то близкому к государству, управляемому нарождающейся — точнее и нарождающейся, и восстанавливающейся — аристократией. Это же записному князю-либералу было как серпом по одному месту.