Да и мой особняк был что снаружи, что внутри заполнен охраной из числа «диких». Нагло, напоказ, что свидетельствовало о том, что оба мы знаем о возможных сложностях и реагируем на них открыто, не таясь от кого-либо. Именно чего-то подобного и хотел Борегар, насколько я его понял. Да и сам я был вовсе не против такой реакции на определенного рода внешние факторы. Не люблю прятаться и прикидываться не представляющим опасности, если имеется возможность сыграть более остро и на опережение. Но сначала надо было поговорить с Борегаром. Серьёзно поговорить.

Вот, кстати, и он появился. Хорошо ещё, что большая часть сопровождения была именно что массовкой, к нам он пожаловал в сопровождении всего одного офицера. Ба, знакомые всё лица! Капитан Додсон, одноглазый и зело мрачный. В руках папка с документами, единственный глаз зыркает по сторонам, показывая абсолютно минорное настроение своего хозяина.

— Рад видеть вас, генерал, тем более после моего столь долгого тут отсутствия.

— И я рад видеть вас, Виктор, — явный намёк на то, что сейчас можно и даже нужно обойтись «без чинов». — Калифорния — это хорошо для Конфедерации. Мормонская Юта… Они полезны.

— Дезерет, Пьер. Они называют свое новоиспечённое государство Дезеретом.

— Да хоть Содомом и Гоморрой, — отмахнулся Борегар. — Наши шпионы в Вашингтоне упомянули, что Линкольн, узнав о потере Калифорнии и отколовшейся Юте, напился как докер после недельной работы.

— Жаль… что не до белой горячки.

Немного подумав, Борегар кивнул, соглашаясь с тем, что подобный расклад и впрямь избавил бы нас от некоторых проблем. Однако не судьба.

Затем же командующий Потомакской армией поприветствовал вышедших встретить гостя Мари с Еленой, причём довольно витиевато. Выразил восхищение их внешним видом. Более того, капитан Додсон, сейчас явно играющий роль генеральского адъютанта, достал две плоские лакированные коробочки, которые и передал своему командиру. Ну а тот, что логично, вручил их моим сёстрам, сопроводив очередным комплиментом. Дескать, к прекрасной внешности лучше всего подходят раритетные и красивые вещи, сотворённые мастерами с родины его предков, то есть Франции.

Разумеется, подарки были открыты практически моментально. Ну, сразу после того, как девушки произнесли подобающие в таких случаях слова благодарности. Открыв же, каждая из них обнаружила набор из серёжек и колье. У одной это были оправленные в золото изумруды. У другой — сапфиры в серебре. Стильно и со вкусом, чего уж там. Понятно, что этот знак внимания даже не к ним, а в качестве некоего послания лично мне. Знает генерал, что для меня эти две девушки ближе всех других, вот и выказывает таким образом благожелательность во всей красе. Хм. Надо будет чем-нибудь отдариться. Однозначно надо! Но это не сегодня, в таких делах спешка неуместна.