Крики, гомон, куча вопросов. Кевину и Вадиму снова приходится затыкать народ. Кто-то тянет руку, узнаю веснушчатого парня из своей группы, усмехаюсь, киваю ему.
— Ты же говорил, что эти очки достоинства необязательны для вступления! Что-то не сходится! Так значит, мы должны просто работать на тебя?!
— Если вы считаете, что можете ничего не делать, пользуясь услугами клуба, то глубоко ошибаетесь. Но и зарабатывать внутриклубные очки достоинства я не заставляю. Можете просто хорошо учиться и расплачиваться школьными очками влияния. Поначалу дорого не возьмем, но стоимость защиты будет повышаться с каждым месяцем. Клуб не потерпит тех, кто не приносит пользу.
Кто-то из толпы кричит:
— Фигня это все! Теперь нас в клубе будут докапывать, да?
Пожимаю плечами:
— Первое: Внутренняя иерархия клуба будет строиться из талантов, а не титула или статуса в школе. Назначать на должности буду лично я. За проявлениями любой дискриминации в клубе будет следить особая комиссия, выбранная всеми членами клуба посредством голосования. Переголосовывать будем раз в месяц. Второе: я кого-то из вас заставляю вступать в клуб? Говорю же, свободны. Члены клуба не будут вас трогать, но и заступаться за вас не будем.
Снова гомон, снова суматоха. На этот раз я сам поднимаю руку и становится тихо. Продолжаю рассказывать о перспективах, плюсах и минусах вступления в клуб. Заманиваю, обещаю, мотивирую. Стараюсь сильно не утрировать, а говорить лишь то, что будет исполнено в ближайшее время. Ложь для толпы эффективна лишь краткосрочно. Позже она может обернуться против меня. К кульминации своей заготовленной речи я так и не успеваю добраться…
Бам!
Взрыв? Нет, хлопок! Хлопок такой силы, что треть громко охает, некоторые, особо впечатлительные падают на землю.
Со стороны школы к нам идут пятеро. Высокие, длинноволосые, красивые, как на подбор. Одеты в дорогущие смокинги и пиджаки. В руках у одного вижу беретту, у другого длинный двуручный меч.
Хлоп! Хлоп! Хлоп!
Из пятерки выходит блондин, хлопающий в ладоши. Лицо белое, будто в тональнике. Ворот кружевной. Примерно таких я видел на картинках в инете. В артах про вампиров. И в мемах с шутками про гомосексуализм.
Беляки отступают, пятятся, большинство заходят за насыпь, на которой я стою. Прячутся за моей спиной.
Кевин явно трухает, шепчет:
— Хреново дело. Чертов Патрик. Не думал, что он явится сюда лично…
— Бунт на корабле, капитан, — слащавым, но величественным голосом говорит тот, кого Кевин назвал Патриком. — Извините, мы немного нашумели. О, а это что такое?