Беру телефон. Может позвонить Акане или Сэму? Первой надо сообщить, что сегодня на «работу» к Джунам я не явлюсь. Одно из моих условий — деньги я получаю за конкретные знания, что включает в себя свободу передвижения и никакого строгого графика.
ВШИИИИИИИХ!!!
Вскидываю руки. Кунаи устремляются за мою спину, в разные стороны, прямо в воздухе незначительно изменяя траекторию направления из-за изменений свойств нити, к которым они привязаны. Отбиваются от стены, встречаются, перематываются.
Сжимаю напряженные кулаки, держу руки скрещенными перед лицом. Не оборачиваюсь. Я и так знаю, что человека позади меня оплели нити. Если сейчас я и не смогу его порезать на пласты из-за нехватки физических сил, то травмировать и опрокинуть запросто.
— Поразительное умение подкрадываться, — тихо говорю. — Признаю, услышал в последний момент. Кто ты?
— Обернись и узнаешь.
Так и делаю, не поднимаясь со ступеньки. Мужчина среднего роста, азиат. Черноволосый. В обычном свитере и джинсах. Ничего примечательного, кроме того, что на нити он почти не обращает внимание. Они порезали одежду, но не кожу. Сумма крепости? Как у меня? Тогда я ничего не смогу сделать… Избавиться от нитей, если они не причиняют боль, проще простого.
Поэтому чтобы не показывать свой очевидный недостаток, возвращаю кунаи обратно, засовываю их в рукава рукоятью вперед. Встаю:
— Еще раз спрашиваю. Кто ты?
Мужчина неожиданно скромно улыбается, чешет затылок:
— Эх, ну конечно же ты не помнишь. Сколько лет прошло, а, сын?
Еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.
Явился, не запылился. Только тебя мне не хватает сейчас.
Глава 13. Родная кровь
— Эх, ну конечно ты не помнишь. Сколько лет прошло, а, сын?
Еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Вот только его мне не хватает для полного счастья. Явился, как говорят, не запылился. Кстати, а сколько лет прошло? Единственное, что я знаю, он бросил нас, когда мне было три. Похоже, бывший носитель этого тела не встречался с отцом. Не удивительно. Мать про него вообще говорить не хочет. Как раз сегодня хотел узнать подробности про семью Киба. А то матушка неплохо так слилась в последний наш телефонный разговор.
— Много, — коротко отвечаю я, жду, когда он заведет со мной разговор.
Похоже, отец ждал, когда я вернусь из школы, но не хотел заходить домой. Услышал, как я харкался собственными легкими на лестничной площадке.
И я уже сделал два вывода об этом человеке. Первое. Он крадется так же тихо, как и тени в особняке Мацуо. Второе. У него сумма тела: крепость. Как и у меня. Нити ему не страшны. Как и кунаи. А вот если бы они были заряжены суммой…