Сажусь в позу лотоса рядом со стариком. Достаю из трусов еще десяток скрученных в резинку зубочисток, тихо раскрываю их. Расставляю конструкцию, так чтобы она не развалилась. Тренирую руки, чтобы не тряслись. Больше со стариком не разговариваю. Пусть понервничает. Это важный подход к допросу. Он, конечно, не расколется так просто. Но каждый второй на допросах в подземелье Шиилы ломался еще до того, как его начинали пытать. Достаточно было лишь показать раскалённые щипцы. Да и пытки я не люблю. Считаю, что методы эти слишком… прямолинейны.
Дожидаюсь, когда его сердце начинает выбивать нужный мне ритм, смотрю ему в глаза, улыбаюсь. Ага, а вот и знакомый блеск страха. Часто адреналин в крови затмевает страх, поэтому нужно слегка успокоить своего… подопечного.
Молча втыкаю зубочистку в его руку, чуть выше запястья. Еще одну во вторую руку. Потом в обе ноги. Это непросто. Палочки хрупкие и каждая вторая ломается. Закидываю ему голову. Так, до этого нерва я точно не дотянусь такими инструментами. Ладно, и так сойдет.
Смотрю в глаза старику.
— Послушай меня внимательно. Ты должен четко осознавать, что мне нужно. Отвечай глазами. Да — вверх-вниз. Нет — вправо-влево. Ясно?
Старик не «отвечает».
— Хорошо. Тогда слушай еще. Я не буду тебя пытать. И убивать не буду. Я сделаю так, что твой труп найдут утром повешенным на люстре. Ты станешь самоубийцей.
Во имя темной души Шиилы. И это не сработало? Либо я просчитался с пониманием моральных принципов Джунсиначи, что для них самоубийство, скорее всего, страшный позор. Либо, крыса оказалась крупнее, чем я думал. И старик вообще не имеет никакого отношения к этому клану.
— Ты кто такой?
Глаза старика становятся непроницаемы. Он полностью берет себя под контроль. Впечатляет.
За дверью слышится приближающее сердцебиение. Я смотрю в глаза старику, прикладываю палец к улыбающимся губам. Он и так не сможет издать ни звука.
Вижу, как загораются его глаза.
Тревога колет в мой мозг.
Кишечник старика бурлит и…
Бр-р-р-р!
Необычайно громкий звук выпускаемого испорченного воздуха услышали, наверное, на все крыло. И ведь не сразу поймешь, что такие звуки можно издавать естественным путем.
Я напрягаюсь, как струна.
Пройдет мимо? Ну же… Ничего особенного тут не произошло.
Тень за дверью замирает…
Гниль подземная! Да чтоб тебя.
Оглядываюсь, соображая, куда можно спрятаться. И понимаю, что некуда. Окон нет, дверь одна. Из интерьера кроме маленькой тумбы и матраса на полу ничего больше нет. Даже к стене не успею прижаться. Тем более бесшумно. Прикинуться лунатиком? Гиблая идея — слишком далеко я зашел. И сразу же набегут слуги и увидят, что я сделал со стариком. Одеяло слишком маленькое — не спрятаться.