— А я в Зеленый Дом пожалуюсь, — с тщательно сыгранным простодушием произнес Харций.
— А мы скажем, что ты нам за работу не заплатил.
— А разве я обещал?
Шибзич занервничал и почесал под банданой.
— А разве нет?
— Я тебе сказал: «Копыто, помоги», — с максимально возможной кротостью напомнил конец. — И ничего не говорил о том, что я тебе за это заплачу.
— Не говорил?
— Ни слова.
— И не собирался платить?
— Я думал, мы друзья.
— Тогда зачем ты грозишь, что пожалуешься королеве?
— А если бы тебе клуб поколотили, ты бы кому жаловаться стал?
— Фюреру.
— А у меня фюрера нет. Поэтому я сразу к королеве.
Это прозвучало логично — фюрер у концов на самом деле отсутствовал. Но самое страшное, что после очередного глотка виски Копыто вспомнил давешний разговор: конец ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ничего не говорил об оплате. А сам уйбуй, обрадованный весьма кстати наметившимся заработком, не спросил. И бойцы не спросили, будучи уверены, что десятник обо всем позаботился. Копыто с тоской понял, что, если он не принесет деньги, у десятки, вполне возможно, появится новый уйбуй.
Но ведь проклятый конец на самом деле имеет право не платить!
— Ты эта… Харций, без ножа режешь, — жалобно протянул Копыто. — А ведь мы, эта… друзья.
— Вот я и решил, что ты мне по дружбе помогаешь! — В голосе конца, все еще печальном, появился намек на энтузиазм. — Обрадовался безумно: чтобы в нашем мире, подлом таком и несправедливом, встретить столь бескорыстного воина…
— Да уймись ты!
— Нет, ты вспомни, как я обрадовался! — начал наседать Харций. — Кормил твоих бойцов бесплатно, раз! — Днем дикарям выдавали по два пакетика чипсов. — Поил бесплатно, два! — Утром Красные Шапки получили бутылку виски на всех. — Как к родным относился, право слово!
— Родня, мля!
Копыто задумчиво положил ладонь на рукоять ятагана, и почти сразу же, словно прикосновение к оружию пробудило доселе дремавшие инстинкты, в маленьких глазках уйбуя вспыхнул недобрый огонек. Но Харций был готов к такому развитию событий. Конец прекрасно понимал, что, даже если Шибзич сломается и не станет доводить дело до скандала, его бойцы поведут себя иначе. А получить десять разъяренных дикарей за час до открытия заведения концу хотелось еще меньше, чем платить им за работу.
— Копыто! Я понял, как мы можем договориться!
Радости и оптимизму в голосе Харция позавидовал бы даже прожженный продавец Иеговы. Уйбуй, почти решившийся пустить концу кровь, поперхнулся от неожиданности:
— Что значит договориться, мля? О чем? В натуре, больше я на тебя и пальцем не пошевелю.
— А грабить через месяц будешь?