Акиро ставит локти на стол, переплетает пальцы рук и, уперев подбородок в отставленные большие пальцы, начинает неспешно ритмично дышать, пытаясь войти в медитативное состояние. Одновременно он принимается анализировать текущий расклад.

«Это разрыв, — первое несомненное утверждение, которое приходит ему в голову, когда он пытается представить дальнейшие отношения с ЮнМи. — Я предложил ей всё — любовь, доверие, власть и место в корпорации, но она отвергла их одним словом, пренебрежительно, словно это ничего не стоит. Повела себя грубо и агрессивно по отношению к вышестоящему мужчине, проявила неуважение к традициям, открыто продемонстрировала нежелание отношений. Нет, ну какая наглая… тссс!»

«Я потерял лицо, — выдохнув, приходит он ко второму неутешительному выводу. — Отец решит, что я не надёжен, раз не способен получить согласие даже у кореянки. А если о моём провале окажется известно в семье, то я навек стану в ней посмешищем. „Неудачник Акиро“, — так будут шептаться за моею спиною и многозначительно переглядываться. Ни о каком высоком месте в корпорации после подобного позора даже и мечтать не стоит. Придётся уехать подальше от семьи и начать заново. Например, в Америку…»

«Почему она упёрлась⁈ — негодующе восклицает он про себя, перепрыгивая мыслями на ЮнМи. — Я же ей предлагал, давай уедем вместе, будешь жить вдали от Японии, среди музыкальных и кино-корпораций! Никаких следований традициям, соблюдения обязанностей, которых ты не знаешь. Живи, наслаждайся молодостью и богатством! Нет, отказалась! Хорош бы я был, если бы она высмеяла мою коллекцию, которую хотел ей показать…»

Акиро хмурится, проигрывая в голове возможную картину не состоявшегося унижения.

«Откуда вдруг возникла идея демонстрации своих сокровищ? — удивляется он. — Странно. До этих жил без всяких оценок, а тут вдруг захотелось. Причём уверен, ЮнМи ничего не понимает в настоящем искусстве. Это ведь не кей-поп, о котором она только и думает!»

«Ну, не только о нём, — спустя несколько секунд признаёт Акиро, решив быть великодушно-честным. — Но в живописи она точно не разбирается!»

Японец уходит в себя, представляя, какое будет лицо ЮнМи, когда она узнает, что концерт отменяется, а все контракты разорваны.

«Только это будет означать окончательный разрыв, — сделав усилие и покинув страну фантазий, трезво думает он о последствиях такого шага. — Девчонка обидится и моментально найдёт мне замену. Если сама не сообразит, то другие ей помогут. К ней будет не подойти… не подпустят. Поэтому только мирные переговоры и уговоры, если хочу себе новое кресло»…