— Что это? — убрав ото рта руку, дрожащим голосом спрашивает ИнХе.
— Ты о чём? — поворачивает МуРан к ней голову.
— ЮнМи… — указывает в сторону телевизора та. — Она снова рядом с моим сыном… Вон там.
— А, об этом… — как-то слегка небрежно произносит МуРан. — Предопределение. Это твоя невестка.
— Как, — невестка? — озадаченно спрашивает ИнХе, вновь переводя округлившиеся глаза на МуРан.
— Вот так. — отвечает та. — Всё решено без нас.
— Как, — без нас? — удивляется ИнХе. — Почему, — без нас? Меня не спросили. Я — не согласна!
МуРан насмешливо хмыкает в ответ на это негодование.
Конец одиннадцатой главы
Жизнь двенадцатая
Время действия: двадцать первое сентября, вечер
Место действия: воинская часть, столовая. ЮнМи ужинает со своими сослуживицами, с которыми познакомилась ещё в первое своё прибытие в часть. Вид у неё задумчивый и соседки, после нескольких неудачных попыток втянуть её в разговор, общаются между собой.
Сижу, рис жую… Прихожу в себя после строевой и «подготовки к рукопашному бою солдата морской пехоты». Первой была шагистика. С ней ничего интересного. Тыгдым-тыгдым, тыгдым-тыгдым, пока время не закончится и — «свободны!». Но подустал от непривычных движений. А вот на рукопашной я сразу заявил капитану, назначенному вести занятия — мол, я пианистка экстра-класса. Со дня на день в часть прибывает рояль известных мастеров средневековья, сделанный специально для того, чтобы я исполнил на нём гениальное произведение, которое поразит Францию и весь мир прямо в сердце. Так что руки мне нужно беречь по-любому, что бы там не происходило. Хоть вторжение маленьких зелёных человечков. Сначала мои руки, потом уже они.
Конечно, не дословно именно так сказал, но близко, цветасто и со «словесными наворотами», чтобы капитан проникся. Но, к сожалению, тот оказался тёртым калачом. Возможно, — принимал участие в работе призывных комиссий. Хоть и говорят, что для корейца поход в армию — самое главное в жизни, нона больших массивах цифр появляются интервалы нормального математического распределения. Мир так устроен, по-другому не бывает. Так вот, капитан вполне мог насмотреться в этих «интервалах» всякого. Точнее, всяких. И удивить его поэтому непросто…
В ответ на мой спич он меня внимательно оглядел, посмотрел на стоящего рядом ЧжуВона, оглядел меня ещё раз и начал с теории. Сказал, что знание рукопашного боя — это оружие, которое всегда с собой. Но, как всякое оружие, оно может быть разным. И в данный момент мои руки ему, собственно, не нужны. Потому что при моих текущих физических кондициях толку с них будет не много. Ноги мои, как у всякого нормального нетренированного человека, должны быть гораздо сильнее рук. Раз я занимаюсь танцами на регулярной основе, то с «растяжкой» проблем, гипотетически, нет. Поэтому упор в занятиях будет сделан на дрыганье нижними конечностями. Плюс «ногомашество», в женском исполнении, выглядит зрелищней.